О взглядах профессора Попова


 В данной заметке мне хотелось бы проанализировать деятельность профессора М.В. Попова, чтобы понять, является ли он ортодоксальным марксистом-ленинцем, как он сам о себе говорит, либо является оппортунистом, как утверждают его оппоненты.

Почему я решил написать эту заметку? Прежде всего, из-за того, что я в течение семи последних лет изучаю труды классиков марксизма-ленинизма, и поэтому научился оценивать слова и дела различных политических деятелей левого толка, а также потому, что прослушал достаточно выступлений Попова на его youtube-канале «Фонд рабочей академии». Выступления Попова я стал слушать из-за того, что, во-первых, начал изучать «Науку логики» Гегеля, а так как эта книга очень сложная, то стал искать вспомогательные материалы для изучения и наткнулся на книги и лекции Попова («Социальная диалектика», «Кружок любителей гегелевской диалектики»), а во-вторых, так как трачу очень много времени в дороге на работу и назад: порядка двух часов в один конец, и чтобы проводить его с пользой, стал слушать передачи Попова на его канале, т. к. читать в движении не могу, а просто убивать по четыре часа в день времени жалко. После достаточно долгого регулярного прослушивания его передач в течение года у меня сложилось определенное мнение и определенные выводы о профессоре Попове, которыми я в этой заметке и поделюсь.

Несмотря на то, что профессор позиционирует себя как философ, обратимся к его политическим взглядам.

Начнем с того, что на бумаге системно, в виде книги, он свои идеи не излагает. Его книга «Главное в ленинизме» (СПб.: Изд-во Политехн. ун-та, 2009. — 311 с.), которую по названию можно принять за системное изложение взглядов Попова, представляет собой наиболее важные, по мнению Попова, выдержки из работ Ленина, т. е., грубо говоря, книга — просто цитатник из основных произведений Ленина.                 Выводы о его взглядах приходится делать исходя из отрывочных фраз в его произведениях (та же «Социальная диалектика» СПб.: Изд-во Политехн. ун-та, 2014. – 468 с.), различных рассуждений в его лекциях и передачах.

Основные политические идеи Попова следующие.

1. Борьба за шестичасовой рабочий день и за заработную плату, равную стоимости рабочей силы, подсчитанной по методике Попова (примерно 200 – 250 т. р./месяц).
2. Теория фашизма на экспорт.
3. Борьба против развала промышленности (против разрушения производительных сил по терминологии Попова).
4. Диктатура пролетариата и классовая борьба.

Рассмотрим каждую из этих идей подробнее.

Борьба за шестичасовой рабочий день и за заработную плату, равную стоимости рабочей силы

Попов призывает пролетариат бороться за шестичасовой рабочий день и за повышение заработной платы до стоимости рабочей силы, мотивируя это тем, что это объективно улучшает положение рабочего — повышается его уровень жизни, появляется свободное время. В действительности от экономической борьбы положение пролетариата коренным образом не улучшается — прибавку к заработной плате «съест» инфляция, шестичасовой рабочий день «съест» та же самая инфляция, которая заставит рабочего из-за низкой заработной платы оставаться на переработки. Это хорошо видно по всей мировой тенденции роста сверхурочного рабочего времени, зачастую даже неоплачиваемого.

Необходимо бороться за политическую власть рабочего класса, а не за зарплату. Только завоевание власти коренным образом меняет положение пролетариата.

Посмотрим, что говорил по этому поводу В. И. Ленин в работе «Что делать» (ПСС, изд. 5, т. 6, стр. 56):

«Социал-демократия руководит борьбой рабочего класса не только за выгодные условия продажи рабочей силы, а и за уничтожение того общественного строя, который заставляет неимущих продаваться богачам. Социал-демократия представляет рабочий класс не в его отношении к данной только группе предпринимателей, а в его отношении ко всем классам современного общества, к государству, как организованной политической силе. Понятно отсюда, что социал-демократы не только не могут ограничиться экономической борьбой, но и не могут допустить, чтобы организация экономических обличений составляла их преобладающую деятельность. Мы должны активно взяться за политическое воспитание рабочего класса, за развитие его политического сознания».

То есть Ленин четко и ясно говорит, что главное — это политическая борьба.

Кроме того, в книге Попова «Главное в ленинизме» в разделе, посвященном работе «Что делать» (стр. 42 – 48), вышеприведенные слова Ленина отсутствуют. Характерная черта.

Также Попов вульгарно понимает стоимость рабочей силы.

Стоимость рабочей силы есть стоимость того количества материальных и духовных благ, которое необходимо для воспроизводства товара «рабочая сила». Вопрос о «необходимости» (о количестве и качестве этих благ) есть вопрос соотношения классовых сил. Товар «рабочая сила» — это живые люди, пролетарии умственного и физического труда, которые, конечно, не прочь «воспроизводиться» с максимальным комфортом. Но для буржуа товар «рабочая сила» есть не самая важная строка затрат в бизнес-плане, с которой он, буржуа, поступает как с любой другой строкой затрат — максимально оптимизирует, потому как это автоматически влечет к росту прибыли. Чтобы «поддерживать штаны», пролетарии борются на экономическом фронте с отдельными буржуа и даже со всем классом буржуазии. Чтобы поддерживать установившийся экономический и политический порядок, класс буржуазии, в основном в лице его буржуазного государства, не дает отдельным предпринимателям «дооптимизировать» затраты на рабочую силу до классического рабства, устанавливая минимальные зарплаты, прожиточные минимумы и достаточно строгие требования соблюдать трудовое законодательство. Это есть форма классовой дисциплины буржуазии, без которой капиталистическая страна была бы немедленно ввергнута в революционную ситуацию безмерной алчностью каждого буржуа в отдельности, или, говоря научным языком, из-за абсолютного экономического закона капитализма — максимизации прибыли.

Вместе с тем, рафинированный анализ товара «рабочая сила» с точки зрения закона стоимости не говорит об этом явлении вообще ничего действительного. Это теория Адама Смита, а не марксизм. Маркс как раз доказывал, что смысл капиталистической деятельности заключается в систематическом нарушении закона стоимости: и в обычном товарообороте, и особенно в обмене денежных средств на товар «рабочая сила».

Как Попов понимает закон прибавочной стоимости? Рабочий продаёт товар «рабочая сила» условно за 50 тыс. рублей, в то время как рабочий за известное время производит стоимость, равную 100 тыс. рублей, таким образом, половина рабочего времени не оплачивается. Вот он говорит, что, мол, боритесь за эти 100 тыс. рублей, так как именно это — «правильная» цена вашей рабочей силы. Нужно быть идиотом, чтобы не понимать, что если бы закон стоимости работал при капитализме при покупке товара «рабочая сила», то никакого капитализма не существовало бы вообще. Ни один предприниматель не будет владеть средствами производства без извлечения прибыли. Иными словами, Попов предлагает использовать и так скудные силы пролетариата, чтобы бороться с предпринимателями за передел прибыли, а вовсе не за приведение цены рабочей силы к её стоимости. Стоимость рабочей силы равна её цене, т.е. пропорция 50 тыс. на 100 тыс. — степень эксплуатации рабочего — есть величина произвольная, стихийная, случайная, сложившаяся в основном по воле буржуазии и из её страха перед социальными взрывами. В этом то и кроется разница между законом стоимости и законом прибавочной стоимости.

Кроме того, концепция Попова затуманивает суть того, как при капитализме работает сам закон стоимости. Закон стоимости — это научная абстракция, которая позволяет установить в пределах всей экономики, в пределах относительно длительного хозяйственного периода природу, причину пропорций, в которых обмениваются товары на рынке. В реальной экономике противопоставленные на рынке субъекты при обмене стремятся нарушить закон стоимости в свою пользу и, конечно, нарушают его. А когда в капиталистическом обществе приобретают великое значение факторы банковского капитала, монополий, то систематическое нарушение закона стоимости фокусируется по сути в одних руках. Внешне это выглядит как установление монопольной цены, кредитное закабаление и «несправедливые» отношения в цепочке производства-продажа. Именно банки фокусируют основную массу прибавочной стоимости, не занимаясь производством вообще! Если бы во взаимоотношении банков и предприятий работал закон стоимости, то банкиры получали бы только за перекладывание бумажек, прошивку договоров и протыкание канцелярскими кнопками учётных карточек клиентов. Не удивительно, что Попов периодически намекает на необходимость бороться за приведение цены банковских и других услуг к их стоимости!

Таким образом, получается, что Попов своими трескучими фразами про ленинизм, про марксизм скрывает ревизионизм и очень тонко вводит оппортунизм в рабочее движение. Попов фактически призывает бороться за сиюминутные интересы рабочего, жертвуя коренными интересами — завоеванием рабочим классом политической власти.

Только завоевав политическую власть и уничтожив эксплуатацию человека человеком, рабочий класс обеспечит себе достойный уровень жизни и главное — перспективу построения бесклассового общества.

Фашизм на экспорт

Попов стонет по поводу уничтожения Ирака, Ливии, Сирии, Югославии в результате агрессии США.

Только он не учитывает, что всякий антиамериканский политический режим необходимо оценивать в первую очередь по его влиянию на революционный процесс внутри своей страны, а затем уже — в плане международной антиимпериалистической борьбы. Например, режимы в Ираке, Ливии, Сирии были глубоко реакционными, а положительная роль режимов С. Хусейна, М. Кадаффи, Б. Асада как противников США полностью нивелируется гонением на коммунистические партии и рабочее движение внутри своих стран, установлением террористической диктатуры в интересах либо местных, либо иностранных капиталистов. Национализация нефтяной отрасли при сохранении капиталистических отношений — это не социализм, это капитализм. Кроме того, эти режимы зачастую занимались насаждением религиозного мракобесия, арабского шовинизма и национализма.

Режим С. Милошевича был буржуазно-демократическим с националистическим уклоном, что также не учитывает Попов при пропаганде защиты Югославии.

Кроме того, Попов затуманивает сущность фашизма, по Попову фашизм — это открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических элементов финансового капитала, как особая форма буржуазного государства в соответствии с определением Димитрова на VII конгрессе Коминтерна. Попов держится этой формулировки чисто метафизически, вот в чем беда.

Определение Димитрова было сформулировано в 1930-х годах и было верно в то время, но в настоящее время, в связи с дальнейшим развитием общества, в связи с открытием новых обстоятельств, активист журнала «Прорыв» сформулировал, на мой взгляд, более полное определение фашизма, актуальное в сегодняшних условиях.

Фашизм — это форма того, что «раньше» называли империализмом. То есть крайнее проявление конкуренции, вытекающее из укрупнения частных собственников, стремящейся к разрешению военными средствами во внешней области и террористическими методами в области внутренней. В условиях государственно-монополистического капитализма последнее отвергает демократию, а специфика культурного роста XX-XXI вв. формирует потребность в мобилизации широких масс путем эксплуатации их невежества идеологическими концепциями: расизмом, национализмом, религией, теориями исключительности и превосходства. Что равно антикоммунизму. Фашизм – это террористическое орудие в руках буржуазии, которая его использует в специфических условиях. Поэтому фашизм — всего лишь крайняя степень буржуазности. Крайняя степень намерений частного собственника по защите права господства и наращиванию превосходства. В том числе, конечно, по защите от революции и рабочего движения.

Реакционность концепции Попова заключается в следующем: раз США проводят политику фашизма на экспорт в отношении Украины, Сирии, а буржуазная власть РФ противодействует этой политике (о чем Попов неоднократно рассказывает в своих выступлениях), значит надо обязательно поддерживать действия буржуазной власти РФ. Т. е. фактически поддерживать буржуазную власть РФ вместо борьбы за политическую власть рабочего класса и пропаганды суверенной политики рабочего класса. В чём-то даже в духе ренегатских партий второго интернационала — защита буржуазного отечества от внешнего врага. Но самое важное: так как фашизм по Попову ограничивается открытой террористической диктатурой финансового капитала, которая неприемлема для Попова только из-за того, что это открытая террористическая диктатура исключительно финансового капитала, то, например, более «мягкая» диктатура промышленного капитала, скажем, активно занимающаяся промышленным развитием страны, становится уже приемлемой. Это подтверждается в том числе призывами Попова к поддержке промышленной буржуазии в развитии производительных сил, а также критикой финансового капитала.

Таким образом, Попов только запутывает вопрос о фашизме, склоняя своего зрителя к буржуазному патриотизму.

Борьба против развала промышленности, против разрушения производительных сил

Попов считает, что в РФ господствует компрадорская буржуазия, занимающаяся разрушением производительных сил. Рабочий класс при этом должен противодействовать этому разрушению, поддерживать тех капиталистов, которые хотят создавать и развивать производство. Т. е. Попов фактически призывает бороться не против капитализма, а против разрушения производительных сил и всячески поддерживать капиталистов, развивающих производительные силы.

Сразу возникает вопрос, есть ли собственно в XXI в. настоящая некомпрадорская буржуазия? Конечно, нет. Вся буржуазия — компрадорская и предательская. «Национальная буржуазия», которая занимается национальной революцией — это феномен, свойственный периоду колониализма, уже давным-давно лежащий на свалке истории. Нет ни одного живого примера такой буржуазии — это больные фантазии поповых и зюгановых, а также различных фашистских и националистических политиков. Все буржуазные сынки и дочурки гнездятся по лондонам и парижам, о чем в таком случае можно серьёзно говорить? Таким образом, разговоры о национально ориентированной буржуазии — это либо провокационные взгляды (Зюганов), либо мелкобуржуазные (Попов).

Теперь попробуем разобраться, почему происходит разрушение производительных сил.

В результате развала Советского Союза, развала социалистической системы и произошедшей реставрации капитализма в буржуазной РФ произошел серьезный спад производства в обрабатывающих отраслях, т. к. обрабатывающее производство в любой отрасли представляет собой довольно сложную цепочку взаимосвязанных производств, зачастую расположенных в различных частях страны, а с развалом единой страны эти производства оказались в разных странах, что вызвало разрыв хозяйственных связей между предприятиями, и в результате обрабатывающее производство очень сильно просело, например, производство подшипников в Советском Союзе в 1985 году составляло 1089 млн шт., а в РФ в 2010 г. – 73,1 млн шт., производство металлорежущих станков — соответственно 182 и 2 тыс. шт. (данные из Российского статистического ежегодника). В то же время, производство сырья осталось практически на том же уровне по причине того, что добыча сырья не требует такой большой кооперации различных предприятий: производство нефти в Советском Союзе в 1985 г. – 595 млн тонн, в РФ в 2010 г. – 505 млн тонн, производство газа соответственно 643 и 651 млрд м3 (данные из Российского статистического ежегодника).

В результате этого процесса в буржуазной РФ появился избыток сырьевых товаров, которые невозможно переработать внутри страны, т. к. развалилась обрабатывающая промышленность и отсутствовал рынок сбыта готовой продукции. Создавать заново обрабатывающую промышленность с точки зрения капиталистов нецелесообразно — мал внутренний рынок (140 млн чел.), нищее население, которому не на что покупать промышленные товары, а мировой рынок уже захвачен и поделен иностранными капиталистами. Развивающееся обрабатывающее производство РФ не выдержит конкуренции с иностранными развитыми обрабатывающими производствами.

В то же время иностранным капиталистам требуются все возрастающие объемы сырья, излишек которого есть у РФ, и капиталисты РФ, создав крупные капиталистические монополии («Газпром», «Роснефть», «Лукойл»), начали поставлять излишки сырья на экспорт — в Европу, Китай, Японию.

В результате экономика капиталистической РФ закономерно встроилась в мировую капиталистическую экономику в качестве поставщика сырья для стран Европы, а также Китая и Японии, получая в свою очередь из этих стран продукцию обрабатывающей промышленности.

Поэтому развивать и поддерживать обрабатывающую промышленность в капиталистической РФ невыгодно, т. к. развивающейся и создающейся обрабатывающей промышленности РФ придется сразу конкурировать с уже развитой промышленностью иностранных капиталистических стран и эту конкуренцию промышленность РФ не выдержит.

Из-за этого и происходит деградация и ликвидация оставшихся обрабатывающих производств в РФ — они не выдерживают конкуренции с иностранными капиталистами. Это объективный процесс, рынок есть рынок. Станет выгодно развивать машиностроение, российская олигархия превратится из нефтегазовой в станкостроительную. Им все равно, чем заниматься. Это опять же закон капитализма, который Попов «забыл».

Таким образом, фактически Попов призывает пролетариат вступить в союз с отечественным капиталистом против иностранного капиталиста.

Что это даст пролетариату? Это приведет, прежде всего, к ухудшению положения пролетариата, т. к. отечественный капиталист, чтобы выстоять в конкурентной борьбе с иностранным капиталистом, в первую очередь пойдет на сокращение заработной платы, на ухудшение условий труда, а не на снижение своей прибыли. Это мешает политическому развитию сознательных пролетариев.

Таким образом, Попов призывает за счет пролетариата спасать отечественных капиталистов.

Диктатура пролетариата и классовая борьба

С учетом того, что Попов фактически призывает заниматься экономической борьбой, поддерживать буржуазную власть РФ в противостоянии с иностранными капиталистическими государствами, а также поддерживать отечественных капиталистов в их конкурентном противостоянии с иностранными капиталистами, то слова Попова о диктатуре пролетариата и классовой борьбе остаются пустыми рассуждениями, которыми он для неискушённой публики просто маскирует свой оппортунизм и ренегатство.

Вывод

Кратко описав взгляды Попова, мы пришли к выводу, что, во-первых, Попов — экономист, во-вторых, он призывает к поддержке буржуазной власти в РФ, т.е. охранитель, в-третьих, фактически выступает за поддержку буржуазии, прикрывая все это красивыми и наукообразными фразами про диктатуру пролетариата, ленинизм, научный коммунизм и козыряя своим ученым званием профессора философии.

В итоге получается, что Попов обычный оппортунист и фактический сторонник буржуазии.

Д. Иванов                                                                                                                                                          ИСТОЧНИК            


Смотрите также подборку цитат авторов журнала «Прорыв»  против Попова.

 

Реклама
Запись опубликована в рубрике Вопросы теории и практики марксизма, Оппортунизм и ревизионизм с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.