О референдуме в Каталонии


«Руководство Каталонии объявило референдум состоявшимся. Из тех, кто пробился через дубинки к избирательным урнам, более 90% (из 2,26 млн пришедших) сказали „Да“ отделению от Испании.

Глава Каталонии Пучдемон объявил, что Каталония завоевала право стать независимым государством, с заменой монархии на республику.

Правительство в Мадриде это проигнорировало и сделало вид, что ничего не произошло — мол, мы сказали, что референдум не действителен, значит не действителен.

Вместе с тем, ЕС, насмотревшись на угар испанской демократии, рекомендовал признать референдум и договариваться с каталонскими сепаратистами уже в их новом качестве, дабы не доводить ситуацию до совсем уж терминальной стадии.

При невозможности опереться на местных силовиков, ввод новых полицейских и нацгвардейских формирований, будет делать ситуацию все более похожей на мягкую оккупацию. Именно так это и будут обыгрывать сепаратисты, демонстрируя простыми методами образы национального угнетения и подавления демократии, апеллируя к Европе.

Тут нельзя не вспомнить пример Шотландии, которую Британцы достаточно умело сохранили в своем составе. Как и в Каталонии (до недавних событий), расклад голосов за и против был примерно поровну. Обеспечив поддержку лоялистским силам в Шотландии и проведя грамотную информационную кампания, британцы пошли на референдум в условиях, когда победа противников ухода Шотландии была достаточно велика. Некоторый риск оправдался и шотландскому сепаратизму на время было нанесено тяжелое поражение.

С учетом реальных раскладов предпочтений по Каталонии, испанское правительство могло бы действовать более умело, культивируя лоялистские силы в самой Каталонии, что выйти на референдум в в выгодных условиях, добиться там успеха и отложить вопрос на 10-20 лет. Но Мадрид сначала вяло смотрел, как сепаратизм в Каталонии набирает силу, потому допустил фактическую подготовку референдума, в последний момент бросился мешать процессу и в итоге остался у разбитого корыта.

Само собой, теперь все сепаратисты Европы будут вдохновляться примером каталонцев, которые своей активностью выставили правительство Испании в крайне негативном свете, а ведь это еще далеко не конец, а тактика саботажа и ненасильственного сопротивления (в духе „цветных сценариев“) вполне удачно сработала как в организационном, так и в информационном плане».

Наша позиция состоит в следующем:

Во-первых, превращение одного хилого буржуазного государства в два, три, четыре буржуазных государства с более сильными политическими режимами националистического толка — это плохо, это разделяет и разобщает пролетариат не только государственными границами, но и идейно, политически.                        Испанским коммунистам, в частности из PCPE, необходимо бить тревогу.

Во-вторых, процесс распада Испании прямо связан с процессом культивирования и насаждения национализма каталонцев, басков, кастилийцев, андалузцев, валенсийцев и так далее.

В-третьих, процесс распада Испании, даже если он будет умело остановлен правительством или королём, однозначно окажет влияние на разложение ЕС как вотчины США. ЕС разваливается в имеющемся формате, а объективная ситуация толкает империалистов Франции и Германии на создание своего военно-политического блока в противовес НАТО. Распад Испании — это, в некотором смысле, шаг к развалу ЕС.

В-четвертых, с Каталонией всё будет зависеть от того, сможет ли каталонская буржуазия поставить под ружьё лояльные себе массы, защитить результаты референдума. Многое также будет зависеть от позиции США в этом вопросе. Однако главное — что референдум окажет очевидное воздействие на Страну Басков…

В-пятых, таким образом, коммунисты должны занять позицию байкота референдумов и других актов сепаратизма, направив все свои силы на разъяснение необходимости проведения пролетариатом независимой политики, на организацию пролетариата в рабочий класс против и европейской, и кастилийской, и местной буржуазии.                                                 Пусть эта организация будет маленькой на фоне националистически заражённых масс, но крепкой и сплочённой. Завоеванные в момент столкновения буржуазных сил организационные формы и распространённое влияние, как правило, дорогого стоят.

В отношении распада ЕС следует обратиться к сталинскому прогнозу на вторую половину XX века:

«Некоторые товарищи утверждают, что в силу развития новых международных условий после второй мировой войны, войны между капиталистическими странами перестали быть неизбежными. Они считают, что противоречия между лагерем социализма и лагерем капитализма сильнее, чем противоречия между капиталистическими странами, что Соединенные Штаты Америки достаточно подчинили себе другие капиталистические страны для того, чтобы не дать им воевать между собой и ослаблять друг друга, что передовые люди капитализма достаточно научены опытом двух мировых войн, нанесших серьезный ущерб всему капиталистическому миру, чтобы позволить себе вновь втянуть капиталистические страны в войну между собой, – что ввиду всего этого войны между капиталистическими странами перестали быть неизбежными.

Эти товарищи ошибаются. Они видят внешние явления, мелькающие на поверхности, но не видят тех глубинных сил, которые, хотя и действуют пока незаметно, но все же будут определять ход событий.

Внешне все будто бы обстоит „благополучно”: Соединенные Штаты Америки посадили на паек Западную Европу, Японию и другие капиталистические страны; Германия (Западная), Англия, Франция, Италия, Япония, попавшие в лапы США, послушно выполняют веления США. Но было бы нелепо думать, что это „благополучие” может сохраниться „на веки вечные”, что эти страны будут без конца терпеть господство и гнет Соединенных Штатов Америки, что они не попытаются вырваться из американской неволи и стать на путь самостоятельного развития.

Возьмем прежде всего Англию и Францию. Несомненно, что эти страны являются империалистическими. Несомненно, что дешевое сырье и обеспеченные рынки сбыта имеют для них первостепенное значение. Можно ли полагать, что они будут без конца терпеть нынешнее положение, когда американцы под шумок „помощи” по линии „плана Маршалла” внедряются в экономику Англии и Франции, стараясь превратить ее в придаток экономики Соединенных Штатов Америки, когда американский капитал захватывает сырье и рынки сбыта в англо-французских колониях и готовят, таким образом, катастрофу для высоких прибылей англо-французских капиталистов? Не вернее ли будет сказать, что капиталистическая Англия, а вслед за ней и капиталистическая Франция в конце концов будут вынуждены вырваться из объятий США и пойти на конфликт с ними для того, чтобы обеспечить себе самостоятельное положение и, конечно, высокие прибыли?

Перейдем к главным побежденным странам, к Германии (Западной), Японии. Эти страны влачат теперь жалкое существование под сапогом американского империализма. Их промышленность и сельское хозяйство, их торговля, их внешняя и внутренняя политика, весь их быт скованы американским „режимом” оккупации. А ведь эти страны вчера еще были великими империалистическими державами, потрясавшими основы господства Англии, США, Франции в Европе, в Азии. Думать, что эти страны не попытаются вновь подняться на ноги, сломить „режим” США и вырваться на путь самостоятельного развития — значит верить в чудеса.

Говорят, что противоречия между капитализмом и социализмом сильнее, чем противоречия между капиталистическими странами. Теоретически это, конечно, верно. Это верно не только теперь, в настоящее время, — это было верно также перед второй мировой войной. И это более или менее понимали руководители капиталистических стран. И все же вторая мировая война началась не с войны с СССР, а с войны между капиталистическими странами. Почему? Потому, во-первых, что война с СССР, как с страной социализма, опаснее для капитализма, чем война между капиталистическими странами, ибо, если война между капиталистическими странами ставит вопрос только о преобладании таких-то капиталистических стран над другими капиталистическими странами, то война с СССР обязательно должна поставить вопрос о существовании самого капитализма. Потому, во-вторых, что капиталисты, хотя и шумят в целях “пропаганды” об агрессивности Советского Союза, сами не верят в его агрессивность, так как они учитывают мирную политику Советского Союза и знают, что Советский Союз сам не нападет на капиталистические страны.

После первой мировой войны тоже считали, что Германия окончательно выведена из строя, так же как некоторые товарищи думают теперь, что Япония и Германия окончательно выведены из строя. Тогда тоже говорили и шумели в прессе о том, что Соединенные Штаты Америки посадили Европу на паек, что Германия не может больше встать на ноги, что отныне войны между капиталистическими странами не должно быть. Однако, несмотря на это, Германия поднялась и стала на ноги как великая держава через каких-либо 15-20 лет после своего поражения, вырвавшись из неволи и став на путь самостоятельного развития. При этом характерно, что не кто иной, как Англия и Соединенные Штаты Америки помогли Германии подняться экономически и поднять ее военно-экономический потенциал. Конечно, США и Англия, помогая Германии подняться экономически, имели при этом в виду направить поднявшуюся Германию против Советского Союза, использовать ее против страны социализма. Однако Германия направила свои силы в первую очередь против англо-франко-американского блока. И когда гитлеровская Германия объявила войну Советскому Союзу, то англо-франко-американский блок не только не присоединился к гитлеровской Германии, а, наоборот, был вынужден вступить в коалицию с СССР против гитлеровской Германии.

Следовательно, борьба капиталистических стран за рынки и желание утопить своих конкурентов оказались практически сильнее, чем противоречия между лагерем капитализма и лагерем социализма.

Спрашивается, какая имеется гарантия, что Германия и Япония не поднимутся вновь на ноги, что они не попытаются вырваться из американской неволи и зажить своей самостоятельной жизнью? Я думаю, что таких гарантий нет. Но из этого следует, что неизбежность войн между капиталистическими странами остается в силе.

Говорят, что тезис Ленина о том, что империализм неизбежно порождает войны, нужно считать устаревшим, поскольку выросли в настоящее время мощные народные силы, выступающие в защиту мира, против новой мировой войны. Это неверно.

Современное движение за мир имеет своей целью поднять народные массы на борьбу за сохранение мира, за предотвращение новой мировой войны. Следовательно, оно не преследует цели свержения капитализма и установления социализма, — оно ограничивается демократическими целями борьбы за сохранение мира. В этом отношении современное движение за сохранение мира отличается от движения в период первой мировой войны за превращение войны империалистической в гражданскую войну, так как это последнее движение шло дальше и преследовало социалистические цели.

Возможно, что при известном стечении обстоятельств, борьба за мир разовьется кое-где в борьбу за социализм, но это будет уже не современное движение за мир, а движение за свержение капитализма.

Вероятнее всего, что современное движение за мир, как движение за сохранение мира, в случае успеха приведет к предотвращению данной войны, к временной ее отсрочке, к временному сохранению данного мира, к отставке воинствующего правительства и замене его другим правительством, готовым временно сохранить мир. Это, конечно, хорошо. Даже очень хорошо. Но этого все же недостаточно для того, чтобы уничтожить неизбежность войн вообще между капиталистическими странами. Недостаточно, так как при всех этих успехах движения в защиту мира империализм все же сохраняется, остается в силе, — следовательно, остается в силе так же неизбежность войн.

Чтобы устранить неизбежность войн, нужно уничтожить империализм».

После смерти Сталина КПСС взяла оппортунистический курс. Сначала, тем самым, раздробила единый социалистический лагерь и подорвала авторитет борьбы за коммунизм среди угнетённых народов. Затем, вместо осуществления политики лавирования между империалистами, КПСС приняла хрущёвскую доктрину мирного сосуществования: того, что войны перестали быть неизбежными при империализме, а социализм может быть достигнут в социалистических странах путём победы компартий на выборах и даже выкупом у капиталистов средств производства… То есть СССР невольно сплачивал все капстраны вокруг США, таким образом обеспечивая укрепление гегемонии американских олигархов.

Внутри СССР КПСС расшатала сталинскую систему, начала внедрять рыночные механизмы, утратила идеологическое преимущество и научный авторитет. Сама партия превратилась в партию гнилых бюрократов, карьеристов и шкурников, а с середины 50-х в неё были тысячами реабилитированы репрессированные троцкисты и бухаринцы. В результате в КПСС руководство захватили враги народа и рабочий класс утратил власть. Соцлагер СССР рухнул. Это ещё отсрочило обострение межимпериалистических противоречий, из-за освоения новых рынков в Восточной Европе и РФ. И вот с созданием зоны Евро начинается процесс, на который указывал Сталин, с поправкой на новую роль Турции и, конечно, РФ. Пока только не видно зубов Японии, но весь японский капитал поглощён американским, поэтому возможно у национального движения Японии пока нет буржуазной базы.

СП

Реклама
Запись опубликована в рубрике Общество, Публицистика и заметки. Добавьте в закладки постоянную ссылку.