Рассуждение о проблемах восприятия пролетариата


Все большее количество людей интересует, возможно ли коренное переустройство общества. Для нас, марксистов — особенно ценно внимание к вопросу о разумности современного общественного устройства.

Безусловно и то, что в настоящее время экономика страны переживает экономический, финансовый, валютный, банковский, санкционный, нефтяной, сланцевый (и еще с десяток подобных имен) кризис. Россия находится в состоянии «горячей» войны с Украиной, «полухолодной» войны с Европой и «холодной» войны с США, а также активно участвует в гражданской войне в Сирии.

Из-за этого «гражданское общество», конечно не без участия пропаганды СМИ, раскололось перед «лицом врага». Консерваторы-патриоты консолидировались перед вражеским Западом, а для либеральной оппозиции главным врагом является действующая власть во главе с Путиным. Поэтому в такой обстановке люди, ставящие несколько более масштабные вопросы, чем присоединение Крыма и гей-парад в Сан-Паулу, в глазах «гражданского общества» однозначно выглядят идеалистами. Правда такой «идеализм» хотя бы не является продуктом навязываемой пропаганды, которая совершенно точно с методологической точки зрения ни что иное как плод субъективного идеализма. Посудите сами! Консерваторы-патриоты возбуждены идеей о национальных интересах РФ, о государственной безопасности РФ. Вокруг данной идеи они консолидируют довольно широкие народные массы, нагнетая враждебность по отношению к западным странам. Но на чем стоит данная идея? Какие материальные основания она имеет?

Можно ли говорить о национальных интересах, пренебрегая классовым подходом?

Абсолютное большинство трудоспособных граждан РФ, которых и именуют «народом» или в широком смысле слова — «нацией», являются наемными работниками. Если мы признаем первичность необходимости иметь пропитание, жилище, одежду и др., значит придется признать примат условий, при которых каждый данный человек способен быть обеспеченным этими первичными потребностями. Все такие условия, при которых абсолютному большинству людей в нашей стране возможно жить под крышей и питаться, есть условия наемного труда. То есть практически всякий представитель народа — не более чем пролетарий, человек, лишенный средств производства и продающий собственнику оных свою способность к труду. Таким образом, казалось бы, интересы народа, его абсолютного большинства, национальные интересы — есть интересы пролетариата.

Изучение выступлений Путина с целью услышать от национального лидера, что же такое национальные интересы, не дало положительного результата. Он часто упоминает их в основном в качестве дополнения к идеалам демократии и свободы, которые, по его мнению, имеют не менее «фундаментальную ценность». Редкие, почти единичные словесные определения национальных интересов РФ выглядят примерно подобным образом: «Стремление к справедливости, к правде всегда было в чести России, и никакие угрозы не заставят нас отказаться от своих ценностей и идеалов». Что это может означать? Если принять к сведению контекст, в котором Путин и другие сторонники патриотического курса и консервативного пути развития говорят или упоминают национальные интересы, станет понятно, что они имеют ввиду под ними. И, кстати, также станет ясно, почему национальные интересы не требуют какой-либо ясной расшифровки и вообще не могут качественно отличаться от национальных интересов любых других стран. Дело здесь в том, что патриоты ничего другого не имеют ввиду под национальными интересами кроме конкуренции между нациями, народами, странами. То есть «отстаивать национальные интересы» — это означает быть успешным во всеобщей конкурентной борьбе наций.

В этой связи вопрос окончательно фокусируется на том, в чем же заключаются интересы нации, если абсолютное большинство нации является пролетариатом, а ее меньшинство представлено олигархами-предпринимателями, предпринимателями средней руки, мелкими хозяйчиками и купленными ими учеными, журналистами, художниками? Конечно, есть и промежуточные слои, например, многочисленная прослойка госслужащих и нанятых менеджеров госкомпаний, которая не только продает свою способность к труду, но еще берет на себя некоторую «социальную» ответственность, ведь государство и его корпорации «по идее» должны служить всему обществу, так как формально принадлежат ему. Однако практика жизни показывает, что именно кучка олигархов и олигархов-чиновников в конечном счете является хозяевами жизни и диктуют всем наемным рабочим условия получения и размер зарплаты. Величина каждой конкретной цены рабочей силы противоположна величине прибыли предпринимателя. А значит интересы предпринимателя и его нанятого рабочего противоположны. Причем борьба между ними в рамках трудовых отношений в конечном счете для работника всегда проигрышная. Во-первых, потому что в рыночной экономике всегда обязательно есть безработные, что означает страх рабочего быть замененным, быть выброшенным на улицу. Во-вторых, класс предпринимателей (который в конечном счете путем конкурентной борьбы всегда «конструируется» в олигархию), владея богатством общества, контролирует государство, которое является как раз продуктом непримиримости противоречий между ним и пролетариатом. В-третьих, даже после локальной победы над своим конкретным предпринимателем и получением повышенной зарплаты на победившего работника набросятся другие предприниматели для ее отбора в магазинах, больницах, ЖКХ и аренде жилья (= инфляция), а их государство — в сфере налогов.

Какие могут быть общие интересы у российских олигархов и российского пролетариата? Только абстрактные, потому что все конкретное обязательно «споткнется» о предельно простую, но крайне понятную противоположность: чем лучше живет рабочий, тем меньше прибыли у олигархов и предпринимателей. А тот буржуа, который поступится интенсивностью эксплуатации в угоду добродетели, проиграет в конкурентной борьбе своему более «прагматичному» коллеге. Поэтому злобный оскал собственников предприятий, банкиров, фирм всегда оправдывается известной кинофразой: «Не мы такие — жизнь такая». Так что? Если «жизнь такая», то какие могут быть общенациональное интересы у волков и овец?

Быть может речь идет о каких-то отдельных государственных интересах? Если добросовестно и беспристрастно взглянуть на выполняемую функцию рыночного государства, то окажется, что все, что государство делает тихо, деловито и действительно эффективно, связано с прибылями корпораций, а все, что государство делает с громкими заявлениями, публично, открыто и крайне неэффективно, декларативно связано с защитой экономического положения народа. Такая закономерность не является случайной. Она — следствие того, что государство контролируется буржуазией, а в нашем конкретном случае, в России, оно срослось с олигархическими группировками, а менеджмент гигантов госкорпораций сам превратился в олигархов.

Поэтому какие могут быть отдельные, независимые интересы у государства? Никаких. За громкими фразами о национальных интересах всегда скрываются интересы олигархии и ее прибылей.

Взять хотя бы такой повод для громких заявлений, как безопасность русских или русскоговорящего населения в вопросе присоединения Крыма. Неужели не ясно, что в разрешении такого политического вопроса, как отторжение территории Украины и присоединение ее к РФ основным аргументом являлись прагматические экономические интересы? Если это не прибыли в результате непосредственного присоединения, значит, будущие прибыли или сохранение условий получения существующих. Несмотря на устремленность капитала расширять свои рынки (рынки сбыта и рынки рабочей силы прежде всего) существуют моменты, когда эти рынки приходится защищать, даже в ущерб настоящим прибылям. Никогда ни одна нормальная буржуазная власть не предпримет политического шага без экономического расчета. А что означает «экономические расчет»? Это расчет прибыли тех лиц, кто контролирует государство.

Из такой схемы возможны исключения, но их скорее следует считать единичными ошибками, но ни в коем случае не системным выражением каких-то общенациональных или общенародных интересов. Политиков, которые вздумают на практике защищать хоть чьи-то интересы кроме интересов олигархии, она же рано или поздно банально казнит. Малая толика их представлена в категории «убитые президенты» в известной сетевой «свободной» энциклопедии. Можете ознакомиться.

Поэтому можно считать доказанным, что национальные интересы, по крайней мере, рыночной нации, это эфемерность, за которой государство предпринимателей скрывает жажду сверхприбылей своих заказчиков. Причем способы производства сверхприбылей давно известны. Это, во-первых, захват сырья. Здесь США — неоспоримые лидеры со своими бесконечными «шокитрепет» войнами во имя «демократии и свободы». Во-вторых, это борьба за рынки сбыта, к примеру, продовольственные войны руками Онищенко, которые позволяли руководству РФ выторговывать для Газпрома, Роснефти и проч. выгодные условия в их закордонной экспансии. В-третьих, это гонка вооружений, милитаризация, война, которые приносят баснословные сверхдоходы подрядчикам ВПК. В-четвертых, гуманитарные катастрофы отдельных народов и целых регионов, которые рождают миллионы дешевых рабочих рук, к примеру, ситуация с войной в Украине или войной в Сирии. В-пятых, дипломатическое и мягкое экономическое «завоевание» стран путем навязывания невыгодных торговых договоров, и другие шантажистские схемы.

Вот что интересно! Есть такие особые национальные интересы только «золотого миллиарда», и в первую очередь, интересы олигархов США и ЕС. Это осуществлять международную торговлю в их валютах, что позволяет этим великим державам навязывать всем странам свою кредитно-финансовую политику. Это такой особый продукт современного глобализированного мирового капитализма (империализма). А борьба против этих «национальных интересов» является «национальным интересом» всех остальных. Только вот если пролетариям США и ЕС от этого хоть что-то в известных пределах перепадает, то остальным — совсем ничего.

И еще факт. Всем предпринимателям мира очень выгодны гастарбайтеры, однако в силу наглядности их конкуренции с пролетариатом метрополий, эта выгода в политической демагогии замалчивается. На этом делают «карьеру» националисты, которые только и горлопанят о том, что во всех бедах виноваты трудовые мигранты. Но ведь трудовые мигранты есть ни что иное как продукт неравномерности развития капитализма, то есть продукт того, что одни нации экономически «сильнее» и угнетают другие нации. Это вынуждает пролетариат «слабых», угнетенных наций искать лучшей доли в других странах. Это выгодно буржуазии метрополии, которая за счет миграции снижает цену рабочей силы. По линии проблематики с мигрантами происходит наибольшее одурманивание народа.

В 2015 г. Европу охватила настоящая истерия из-за потока сирийских беженцев. В каждой из принимающих стран — Франция, Испания, Германия, Италия насчитывается по 1,5-2 млн только нелегальных мигрантов, а каждый год принимается без особых затруднений по 100 тыс. легальных. В Швейцарии, где действуют самые жесткие в Европе законы относительно миграции, трудовые мигранты составляют более 21% работников. Поэтому истерия о невозможности расселить в ЕС 850 тыс. беженцев искусственно раздувается правыми политиками.

Таким образом, материальной основой патриотическо-консервативной идеологии о национальных интересах и защите буржуазного отечества является экономический интерес крупного капитала. А если в ходе реализации шовинистической политики экономической и военной экспансии пролетариату и перепадает относительное улучшение его положения, то оно ставит народ этой нации в положение завоевателей. Так же Гитлер обещал немецким пролетариям поместья с рабами в «восточных провинциях». И, вероятно, он бы сдержал обещание. Поэтому обогащение пролетариата богатой страны за счет эксплуатации отсталых народов фашизирует его. Так, сегодня народ США превратился в массу потребителей, которые молчаливо поддерживают американские ТНК, банки, биржи в международном ограблении народов, а свое милитаристское правительство — в роли мирового жандарма. А крупные индустриальные американские профсоюзы финансируют кандидатов в президенты США. Выборная система США хоть и крайне непрозрачна, однако работает. Но нет никаких, даже малейших признаков, что появится имеющий сколько-нибудь массовую поддержку американский политик, который скажет «stop» империалистическому мессианству США.

В эти дни происходит очередной массовый стихийный протест, который возможно выкинет из кабинетов на этот раз молдавское правительство. Подобно тому как было в странах СНГ и в арабском мире, людей волнует их бедственное положение и всевластие буржуазии. Поводом, правда, стал не самоподжог, а скандал с украденным $1 млрд. На улицы вышло около 100 тыс. человек. Оппозиция подсуетилась и был разбит палаточный лагерь в центре Кишинева. Однако, как бы все ни кончилось, суть останется прежней: возможна только смена лиц. Уже сейчас на улицах размахивают флагами ЕС, и звучат призывы «истинных национальных интересов» — более последовательной евроинтеграции.

О либералах

В Молдавии повторяется майдан. В нашем новом веке уже во многих странах мира произошло свержение ненавистных режимов именно по сценарию стояния на главной площади. И это не особый инструмент госдепа, как это однобоко преподносят сценаристы разоблачающих лент на НТВ. Совершенно однозначно, что все разведки мира, а ЦРУ как самая могущественная в первую очередь, непременно пытаются использовать и активно используют любую ситуацию дестабилизации в стане своих конкурентов. С целью поставить своих людей и управлять ситуацией в других странах, разведывательные службы тратят миллиарды долларов. Однако, чтобы свергнуть правительство как правило необходимо выступление масс или хотя бы их поддержка. Что невозможно купить даже на все ЦРУшные бюджеты.

Но главное в майданах и во всех «веснах» другое — это неминуемое стратегическое поражение трудящихся, которое выражается в том, что происходит лишь смена лиц у власти, группировок олигархов, но не меняется суть его бедственного положения. Это, кстати, дает известный аргумент консерваторам-патриотам о том, что всякая революция сулит лишь разруху и ухудшение положения народа. Который все же легко разбивается о программу социалистического строительства. Если угодно в исторических аналогиях, то разбивается о пример судьбы народов СССР в отношении народов Российской империи в перспективе хотя бы десяти лет после того, как были разбиты подонки, развязавшие гражданскую войну с их англо-французскими хозяевами и американо-японскими покровителями. Какая была перспектива у культурной революции и индустриализации при разбойничьей власти помещиков дома Романовых?

В целом, в контексте положения народа вопрос о социализме — это вопрос о распределении прибавочного продукта: либо это частные прибыли олигархов, либо это общественно-полезное строительство и обеспечение условий творческого развития личности. Однако, конечно, вопрос о распределении находится полностью в зависимости от производства и отношений собственности в производстве.

Если в результате майданов и других политических переворотов происходит лишь смена лиц, то в чьих интересах действуют главные поборники подобных «революций»? В РФ последние десять лет пытается набрать силу старая либеральная политическая партия, которая правила первоначальным накоплением капитала в ельциновские годы. Правда у нее теперь новое лицо — оппозиционный борец против коррупции и стыдливый националист Алексей Навальный. Он вытеснил старых маститых писак из «Новой газеты» простотой политического действия и агитации, своими новыми антикоррупционными проектами и активным использованием социальных сетей и в целом интернета. По-видимому, на него сделали ставку оппозиционные олигархи и их «товарищи по борьбе» из района Langley в штате Виргиния. А может быть Навальный сам выдвинулся так, что с ним вынуждены считаться указанные интересанты. Ведь сказал же, что Крым не отдаст! Значит, не дают покоя лавры Путина. Но для трудящихся это совершенно неважно.

Важно лишь то, что если сегодня за национальными интересами и социальными миром государство скрывает экономические интересы российской олигархии, то под вывеской либеральной партии государство за национальными интересами будет скрывать экономические интересы российской олигархии, которая будет отдавать должок за поддержку прожорливой в совершенно других масштабах олигархии США. В этом и состоит материальная основа либеральной идеологии в текущей политической ситуации.

Однако, конечно, пролетариату, у которого и при нынешней власти олигархов ничего нет и при гипотетической власти либеральной партии ничего не прибавится, должно быть по большому счету безразлична их дележка прибавочного продукта. Но есть одно «но», которое серьезно усугубляет политическую физиономию Навального и Ко. Олигархи США потребуют своей доли, а смена лиц олигархической национальности внутри страны неминуемо потребует реприватизации. То есть в том или ином виде страну ждет передел собственности и, скорее всего, децентрализация капитала. А это для трудящегося народа очень плохо, потому что если пролетариат дозреет до того, чтобы собственность обобществить, то лучше, чтобы она была максимально крупной.

Кроме того, есть еще пара «но» уже для коммунистического движения. Так, либеральная партия однозначно будет осуществлять притеснения коммунистов, а ее дружба с империалистами США и ЕС способна превратить Россию в полуколонию и продолжить геноцидную политику 90-х.

Так что, либералы выражают интересы таких же олигархов, но которые в стремлении перехватить власть у своих «братьев» по классу вступили в союз с империалистами США и ЕС. Судя по ситуации в Украине расплачиваться за долги придется в первую очередь народу, который поверил и осуществил майданщину.

То же самое в Молдавии. За евроинтеграцией кроется европейское разбойничество. Потому что рыночная экономика — это джунгли, где каждый сам за себя, а вовсе не идеалы «большой крепкой европейской семьи». Закон капитализма таков, что отношения конкуренции абсолютны, а всякие союзы и партнерства относительны.

Получается, что история нам демонстрирует, что народные массы, которые в основном состоят из пролетариев, периодически поднимаются на восстания и свергают буржуазные правительства. Однако, одурманенные пропагандой «национальных интересов», либеральных ценностей и не понимая, не принимая классовый подход в своей преобразующей деятельности, они не способны свергнуть власть буржуазии. Сменив одних чиновников на других, или даже на самих олигархов, как это было в Украине, система общественного устройства не претерпевает никаких изменений. И все начинается с начала.

Совершенно ясно, что единственной социальной силой, которая способна разорвать этот порочный круг является определенным образом организованный класс пролетариата Таким образом, всем, кто остается на классовых позициях, придется признать единственно возможным революционным субъектом пролетариат.

Революционный класс и его роль

При возникновении интереса к социальному переустройству, в первую очередь у молодежи, закономерно складывается революционное сознание. Революцией в научном смысле слова называют скачок из одной качественной определенности к другой. Посредством революций происходит развитие общества от более простой стадии к более сложной.

Как известно, марксизм определяет революционным классом пролетариат, потому что он — продукт крупной промышленности. Может показаться, что пролетариат революционен, раз он революционный класс. Но это не так. Нужно понимать, что пролетариат — революционный класс не в абсолютном смысле, а только относительно класса буржуазии. Также как, например, буржуазия — революционный класс относительно феодальных классов. Уникальность пролетариата как революционного субъекта и его отличие от других эксплуатируемых классов заключается в особых условиях его появления и существования. В этих обстоятельствах, между прочим, достаточно ясно проявляется необходимое единство буржуазии и пролетариата как двух неразрывных классов современной цивилизации. Так, основным условием существования (и господства) буржуазии является образование и увеличение капитала — особого общественного отношения, которое по сути является высасыванием неоплаченного труда из рабочих. Условием существования капитала является только наемный труд. Наемный труд держится исключительно на конкуренции рабочих между собой. А что такое в сущности наемный труд?

Труд есть процесс, совершающийся между человеком и природой, который ее преобразует своей «естественной силой» — руками, управляемыми головой. Но кроме непосредственно человека, в качестве фактора труда всегда необходимы средства производства. Они-то и находятся в частных руках господствующего класса, что создает возможность эксплуатировать трудящихся. Но разница между буржуазией, феодалами и рабовладельческой аристократией заключается в том, что сложность капиталистического промышленного способа производства вынуждает соединять рабочую силу со средствами производства в форме гражданской рыночной сделки. То есть путем найма.

Таким образом, пролетариат стал особым эксплуатируемым классом по трем причинам. Во-первых, потому что буржуазия не могла не провозгласить юридическое равенство всех граждан перед лицом закона и собственностью. Во-вторых, буржуазия не могла не обучить пролетариат грамоте до уровня требований индустриального производства. В-третьих, буржуазная наука, рожденная буржуазным способом производства, стала достаточным основанием для прорыва в обществоведческой области и появления коммунизма. Следствием этих причин является то, что пролетариат призван стать могильщиком старого буржуазного общества.

Поскольку капитализм до предела обостряет противоречие между общественным характером производства и частным способом присвоения, возникает стабильная основа для воспроизводства революционных ситуаций. Власть капиталистов существенно отличается от власти помещиков или рабовладельцев. Производство ради прибавочной стоимости обязательно предполагает тенденцию к сокращению рабочего времени, а значит к уменьшению стоимости товара ниже существующей в данный момент средней стоимости. Стремление свести издержки производства к их минимуму становится причиной постоянного повышения производительности труда. Правда, она предстает лишь в форме повышения производительной силы капитала. И это не все прогрессивные черты капиталистов. Власть буржуазии противостоит разрозненным непосредственным производителям — пролетариям и мелким буржуа — также в общественном характере производства, в котором строго регулирующая власть организует соответствующую иерархию процесса труда.

Сама логика хозяйничания буржуазии вызывает мысль о том, почему бы не использовать все достижения в обобществлении процесса крупного промышленного производства не для бессмысленного накопления капитала, а для общественного развития?

Пролетариат же в свою очередь, несмотря на закон конкуренции, соединяется в фабричные и цеховые союзы для периодической защиты от гнета капиталистов. Если же его движение соединить с коммунизмом, то есть с наукой, он предстанет в качестве социальной силы — рабочего класса, который способен осуществить революцию.

Но пролетариат, так сказать в чистом виде, это все-таки класс в себе. И вот почему. Когда творческий потенциал человека и его физические силы всего лишь тождественны товару, и он составляет единство со своим эксплуататором-предпринимателем, его и следует считать пролетарием. Обычно это имеет очень простой вид: наемный работник искренне уверен, что возможно иметь «справедливую» зарплату. Такая группа людей существует в качестве класса условно, то есть осуществляет социальное движение исключительно в форме противостояния эксплуатации. Иными словами, активность пролетария прямо связана с выторговыванием более высокой цены своей рабочей силы. Даже если он для этого вступает в союз с братьями по классу для боевых форм борьбы.

Конституировать пролетариат в рабочий класс значит придать его движению сознательность и направленность на взятие государственной власти. Это наполнит абстрактное пролетарское единство конкретным содержанием исторической миссии данного класса — революционное преобразование капитализма в коммунизм. Этот процесс, к слову, вместе с капитализмом уничтожит и сам рабочий класс, окончательно превратив человека-придатка машинного производства в человека-хозяина собственной судьбы.

К сожалению, большинство членов партий с коммунистическими аббревиатурами несознательно, в силу своей умственной лености, ставят знак равенства между научным понятием рабочего класса и «совокупного рабочего».

Обязательна ли революционная ситуация для взятия власти рабочим классом?

Революционная ситуация безусловно является атрибутом завоевания государственной власти. Как правильно определять революционную ситуацию? В марксизме революционная ситуация должна составлять некоторое обязательное количество признаков, соответствующих формуле «низы не хотят, верхи не могут». Об этом писал Ленин в работе «Крах II интернационала». Он приводил три признака: 1) тот или иной политический кризис верхов, 2) обострение нужды и бедствий, 3) повышение из-за этого активности масс. Эти признаки безусловно независимы от политических партий, следовательно, объективны. Также они независимы от отдельных классов. Ленин там же указывает: «Без этих объективных изменений, независимых от воли не только отдельных групп и партий, но и отдельных (выделение здесь и далее мое — А.) классов, революция — по общему правилу — невозможна». Видится, что именно в отношении классов, в их борьбе в конкретный момент времени заключается объективность, независимость этих признаков от воли отдельных классов.

Грубо говоря, для оценки той или иной общественно-политической ситуации придется исследовать соотношения всех основных исторических субъектов в данный политический момент. Поэтому нельзя воображать какие-то общие схемы. Поэтому определение Ленина очень примерное. В том числе нельзя изображать из объективности революционной ситуации нечто совершенно независимое от воли рабочего класса.

Также на наш взгляд в коммунистической прессе возникает путаница между вопросом о революционной ситуации и вопросом о моменте восстания для взятия власти. Это разные вопросы в абсолютно разных плоскостях.

Более того, на наш взгляд, пролетариату ничего не мешает взять власть в любой момент своего существования. На пути сплочения пролетариата в продуктивный самодействующий рабочий класс стоит только внутренняя конкуренция, невежество и отсутствие авангарда. Вся система общественного производства «состоит» из рабочих. Вся система общественного насилия пронизана пролетарскими семьями. Пролетариат составляет большинство общества, пролетарские руки и головы всюду пронизывают общественный организм. В этом смысле, борьба пролетариата с буржуазией есть продукт недопонимания пролетариатом своей революционной исторической роли рабочего класса. В этой связи, соотношение классовых сил есть продукт незнания пролетариатом своей реальной силы как организованного класса.

Так, совершенно в ином свете выглядят ленинские признаки революционной ситуации. Они являются компромиссом неудовлетворительному состоянию организации пролетариата и его стихийному пролетарскому и мелкобуржуазному сознанию. Поэтому гениальный Ленин добавил «по общему правилу», безусловно имея ввиду возможность более развитого состояния революционного класса.

Однако проблематика привнесения сознательности и организация пролетариата возможна к полному разрешению исключительно направляющей силой класса — коммунистической партией.

Как коммунисту быть убедительным?

Не существует ничего более убедительного, чем научность. В пропаганде научность важна, прежде всего, в критике. Так сложилось, что в наше время почти всегда коммунист пытается убедить других в том, что его взгляд на ситуацию соответствует объективной действительности и прогрессивен посредством доказывания неверности взгляда некоммуниста. Но за многочисленными фактами вскрытия нарушений логики в позиции оппонента и несоответствия тех или иных фактов позиции оппонента теряется существо того, что собственно защищает коммунист. Если быть откровеннее, то часто так происходит, что авторы прокоммунистической прессы берутся за перо критиковать антикоммунистов без своей собственной разработанной позиции. Конечно, каждому стороннику диктатуры рабочего класса известны истины из работ классиков марксизма и точно известно, что все антикоммунисты и оппортунисты не правы! А значит, всех их нужно избивать на страницах немногочисленных прокоммунистических изданий. Часто такие разоблачительные статьи бывают интересны своей разрушительной частью критики, но почти никогда созидательной. А ведь критика нужна исключительно, чтобы созидать. Вместо созидания предлагаются цитаты, которые почти никогда нельзя экстраполировать «в слепую». Так сторонники диалектики на словах, несознательно становятся в ряды метафизиков, а коммунизм частично превращается в предмет веры.

Классики марксизма всегда давали целостную разработанную позицию по всем вопросам практического движения или раскрывали те или иные связи в обществе или в природе. Наряду с мощнейшей разрушительной силой их работ по отношению как к отдельным теоретикам, так и к целым идеологиям, точность и образность их языка конструировала перед читателем сущность исследуемого предмета в единстве его противоположностей в целостной картине реальности и, как правило, с момента его зарождения до отмирания. Этот до крайней степени добросовестный подход позволил добиться невиданных научных и политических результатов Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина.

В противоположность историческому примеру классиков современные авторы страдают схематизмом, не желая двигаться от абстрактного к конкретному. Так, к примеру, в вопросах исследования пролетариата у них пролетариат — это не конкретные люди, а некая абстракция, которая непременно будет на баррикадах во время революционной ситуации. Как раз научный смысл понятия классов призван выделить из огромных масс разных людей общие черты, чтобы объяснить их перспективное социальное движение в истории. Но эти черты, к примеру, классы «пролетариат» и «буржуазия», с их абстрактным содержанием классового определения, пусть даже самого по-научному полного, нельзя свести до конкретных пролетариата и буржуазии РФ 2015 года! Придется, засучив рукава и руководствуясь классовым подходом, а значит соответствующими понятиями классов, определить пролетариат РФ 2015 года путем его предметного исследования.

В абсолютном большинстве материалов коммунистической прессы, которые посвящены пролетариату, или полностью отсутствуют или указаны, но не учтены в формулировании состояния пролетариата, его контрреволюционные черты. Естественная невежественность пролетариата, которая является продуктом его места в системе общественного производства, может порождать как его сплочение в борьбе за свои права, так и продажность, проституированность, погоню за зарплатой и т.д. Оппортунистичность, то есть приспособленчество, обыкновенно рассматривается как временное недоразумение или досадное состояние отдельных пролетарских групп или отрядов, а не как диалектическая противоположность его революционности. Как было установлено всей историей рабочего движения, главный козырь в революционной стороне пролетариата — это его авангард. Таким образом, в степени революционности пролетариата на лицо обратно пропорциональная зависимость качества коммунистической партии рабочего класса и количества переживаемых потрясений и страданий класса. Диктатура пролетариата Парижской коммуны стала возможна и без существенного участия коммунистов, правда только в части взятия власти, но не ее удержания. То есть пролетариат, переживающий социальную катастрофу как то поражение в войне, мучения войны, безработицу, подогреваемый настроением разорившейся мелкой буржуазии, негодованием масс против имущих классов, проявивших полную неспособность управления государством, в условиях, когда все трудящиеся проявляют стремление к иному социальному укладу, способен сам подняться на бунт и даже взять власть, пусть и совместно с мелкой буржуазией и руководимый мелкобуржуазной группировкой интеллигенции.

Но такая стихийная «активация» революционной стороны пролетариата была быстро разоблачена буржуазией, которая «выросла» в империалистическую олигархию и поумнела. Теперь она старается не допустить социальных катастроф, прикармливает интеллигенцию, рабочую аристократию, по полной использует идеологические инструменты научной кафедры, СМИ и проч. Это, конечно, не спасает дело полностью, что подтверждают вышеобозначенные политические революции XXI века. Но суть в том, что без своего авангарда пролетариат так или иначе оппортунистичен и не способен преобразоваться в продуктивно действующий рабочий класс, который установит устойчивую диктатуру.

О политическом классовом сознании пролетариата и его экономическом положении

Взятие государственной власти рабочим классом и есть самое ясное проявление его классового сознания. Как сказано выше, это, конечно, может быть стихийным порождением ситуации, но должно быть поступательной организацией коммунистического авангарда. К сожалению, абсолютное большинство партий с коммунистическими аббревиатурами живут в следующей логике. Пока пролетариат распылен и только противополагает себя буржуазии в индивидуальной или реже коллективной форме экономической борьбы, коммунисты только, как правило, в митинговом формате, сетуют на его неспособность к настоящей борьбе. А когда пролетарии начинают от отчаяния и безграмотности, объединившись в толпу, вымещать свою ненависть на магазинах, машинах, банках и других материализованных символах капиталистической веры, коммунисты на скаку пытаются привить направление их движению. Но поскольку это просто невозможно, хотя бы в силу примитивности способов такой связи с классом, после полицейского разгрома наступает снова фаза нытья и «стабильности». Перспектива такой «борьбы» сводится к заготовке еще большего количества красных стягов, как будто именно этого и не хватает до полной и окончательной победы.

Поскольку доказано, что политическое сознание не может возникнуть в пролетарской среде, эта ситуация способна переживать бесчисленное множество повторяющихся фаз.

Бич коммунистического движения заключается, между прочим, в экономизме. По своему политическому содержанию деятельность партий с коммунистическими аббревиатурами является отвлечением рабочего движения на абсолютно тупиковый путь экономической борьбы. Причем пролетариат РФ не осуществляет массовой коллективной экономической борьбы, к которой последние 20 лет призывают почти все левые активисты, а если и начнет, то гарантированного места для коммунистического влияния в ней не будет. Это чисто буржуазное явление, в котором, как и в любом другом, коммунистам придется прокладывать путь своему влиянию. Возникает вопрос: что мешает сейчас искать подходы к пролетариям физического и умственного труда? Как отсутствие массового рабочего движения этому помешает? Что мешает, кроме личных амбиций лидеров левого движения возглавить тысячные демонстрации и получить теплые парламентские местечки?

Мягко говоря, привнесению политического классового сознания не способствует признание теоретической формы классовой борьбы только на словах. Проблема в том, что левому движению в целом, и партиям с коммунистическими аббревиатурами в частности, нечего сказать пролетариату. Оно способно общаться только со средним совокупным рабочим по поводу прописных истин или обличения его положения.

Отсюда возникает тенденция абсолютно антиинтеллектуальной пропаганды, направленной на рассказ пролетариату об ужасах его положения. Причем совершенно не важно, соответствуют ли приводимые факты действительности и известны ли они «объектам» пропаганды, главное, что р-р-революционеры отбыли свой «коммунистический» номер. Борются люди!

Многие, если не все описанные «недостатки» следуют из непонимания диаматики и являются следствием подхода «делаю, что могу».

В свою очередь, чтобы переломить ситуацию, нам нужны люди, которые, преодолев умственную леность, будут руководствоваться подходом «делаю то, что необходимо».

 А. Анчин                                                                                                                                               ИСТОЧНИК

Реклама
Запись опубликована в рубрике Вопросы теории и практики марксизма, Общество. Добавьте в закладки постоянную ссылку.