Материализм и методологический дилетантизм


Наши оппоненты, особенно из числа троцкистов, часто обвиняют «Прорыв» в том, что журнал, затрагивая вопросы физики, в том числе, теории Эйнштейна, выходит за рамки, которые отведены марксизму и, тем самым, якобы, дискредитирует марксизм.

Нет ничего легче, чем развенчать собственное мнение людей, которые ни марксизма, ни физики не осилили, а предпочитают слепо верить в каждую из этих наук по отдельности.

Между тем, марксизм есть, прежде всего, материализм, т.е. мировоззрение, признающее тот факт, что все формы, с которыми сознание человека сталкивается в своей практике, образованы движущейся материей.

Тут-то и может показаться, что эта проблема будет профессиональнее решена физиком, если, конечно, физик понимает, что словом «материя» принято обозначать ВСЮ материю мироздания сразу и без изъятия во всех её формах и бесконечном объеме.

Марксизм, как высшая форма развития материализма, шире физики и признает за мирозданьем не только его материальность, но и объективность. Физик, в силу исторических условий возникновения данной науки, до сих пор допускает сотворение всех материальных объектов богом, а затем исследует физические законы, как данные богом, а всё необъясненное «обосновывает» неисповедимостью «путей господних», «искривлением пространства», «замедлением времени», «исчезновением материи», «сингулярностью» и т.п. мистикой.

Марксизм, под объективностью, понимает НЕЗАВИСИМОСТЬ бытия мироздания от любой формы сознания, тем более, от божественного, от «абсолютной идеи», якобы предшествовавшей возникновению мироздания.

К числу объектов действительности, независимых от сознания, относятся, прежде всего, собственно материя, пространство и время. Изучению наиболее общих законов бытия данного комплекса объективной действительности и посвящен марксизм.

Человеческое общество, тоже являясь формой материи, благодаря сознанию, существенно отличается от всех иных материальных образований. Марксизм, в отличие от физики, изучает не только законы движения форм бессознательной материи, но и объективные законы развития общества, как специфической формы материи, движение единиц которой не поддается объяснению ни теоретической механикой, ни теорией «броуновского движения», ни квантовой теорией. Правда, некоторые аспекты человеческого мышления изучает и кибернетика, специалисты которой работают над созданием устройств, которые напоминали бы работу сознания человека, включая и чувства, и, возможно, романтические переживания машины по поводу своего пользователя.

Но, поскольку значительная часть законов развития общества обусловлена объективными законами материального расширенного воспроизводства самого общества, постольку быть материалистом, это значит, прежде всего, ВЛАДЕТЬ теорией объективных законов воспроизводства общества или, иначе, хотя и не совсем научно, говоря, — экономической теорией. Дело в том, что марксист должен говорить не об экономике, а именно об объективных законах расширенного воспроизводства ОБЩЕСТВА.

Как известно, все достижения физики используются для совершенствования производства материальных объектов как созидательного, так и разрушительного назначения. Следовательно, занимаясь выявлением законов материального расширенного воспроизводства общества, материалист никак не может игнорировать и, тем более, не знать законов, открытых физиками в области свойств неодушевленной материи, на которых и построено производство материальных благ и средств разрушения, как для каждого отдельного индивида, так и для всего общества.

Таким образом, если конкретизировать «обязанность» каждого материалиста, то он должен владеть как объективными законами расширенного воспроизводства общества, так и объективными законами функционирования материи всеобщего и локального порядка, порождающей предметы и средства труда человека.

Короче говоря, марксизм, как высшая форма материализма, имеет объектом своего изучения и преобразования не только экономику, в самом широком, в том числе, и бытовом смысле этого слова, но и физику, тоже, в самом широком и общем смысле этого слова. И марксиста не должны смущать протесты некоторых физиков и их некомпетентной паствы. Марксист обязан проверять физические теории на их соответствие диалектическому материализму. И пусть каждый ученый идет своим путем. Но убедит общество в своей правоте лишь тот, кто сможет не только сформулировать закон, но и покажет — в результате каких логических операций ему удалось привести своё сознание в соответствие объективному положению вещей.

Говоря ещё короче, субъект может считаться материалистом только тогда, когда в совершенстве овладеет экономической теорией марксизма и научится компетентно оценивать методологическую состоятельность концепций современного естествознания, спасая их от грехов мистицизма.

Если же субъект сознает недостаточность своих знаний в области методологии марксизма, то это означает, что процесс формирования материалиста в данном субъекте далек от завершения, а потому данный субъект должен много поработать над своей методологической подготовкой, без чего освоение законов экономики и адекватная интерпретация законов физики невозможны.

Оппортунисты на страже эйнштейнианства

Нетрудно понять беспокойство оппортунистов, истинно верующих в теорию Эйнштейна. Если физики согласятся, что «Прорыв» прав в своих оценках, прежде всего, методологической несостоятельности отправных положений ОТО и СТО, то придется признать «Прорыв» изданием, заслуживающим нобелевскую премию, и тогда к публикациям журнала по всем вопросам будут относиться более внимательно, чем сегодня к высказываниям самого Эйнштейна.

Поэтому оппортунисты и мобилизуют все свои силы для столь же базарного, сколь и ненаучного обругивания наших публикаций, посвященных анализу, прежде всего, методологических ошибок ТО Эйнштейна.

Некоторые физики, разумеется, скажут, что их совершенно не интересует методологическая сторона дела. И это заметно. Но именно благодаря этой форме невежества, западные физики, выполняя «госзаказ» олигархов США, так услужливо интерпретировали формулу Эйнштейна, что первыми создали… атомную бомбу, а советские физики, хотя и не в совершенстве ещё владели методологией марксизма, выполняя госзаказ ВКП(б), создали первую в истории человечества атомную электростанцию. Как говорится, почувствуйте разницу. Благодаря усилиям американских физиков, незнакомых с методологией марксизма, только в одних США уже накоплен двадцатипятикратный ядерный потенциал уничтожения всего живого на Земле, но до сих пор не создано ни одного потенциала, избавляющего миллионы жителей США, а тем более, планеты от хронического недоедания и голодной смерти. Такова цена массового и элитарного методологического невежества.

Почему, как правило, один шахматист выигрывает, а другой проигрывает? Потому, что один из них умеет уже на стадии наблюдения, т.е. считывания ситуации на доске, подходить к этому процессу методически стройнее, к её анализу — творчески, выделяя, прежде всего качественные аспекты, исследуя возможные продолжения у себя и у противника. Проигравший шахматист потому и проигравший, что обладает этими навыками в меньшей степени, поскольку больше надеялся на зазубривание комбинаций, выигрышных в прошлом.

Однако не стоит абсолютизировать эту иллюстрацию, как и любой другой пример. Шахматная логика — единичная форма условной игровой логики. Как показал опыт, например, чемпиона мира, Каспарова, его относительно творческое мышление в сфере руководства поведением деревянных болванчиков на 64 клетках шахматной доски никак не помогло при решении реальных научных или политических проблем. Его шахматного мышления оказалось совершенно недостаточно для того, чтобы повести за собой говорящих бандерлогов с Болотной площади. Чемпион мира потерялся даже на фоне Немцова, Навального, Лимонова, Собчак.

Многие современные физики не добились крупных побед над загадками природы лишь потому, что подавлены авторитетом имен, заученными математическими формулами и переоценивают роль «метода тыка», т.е. эксперимента, игнорируя проблемы методологии. Позиция «Прорыва» в этом вопросе состоит в том, что, прежде чем поставить эксперимент, нужно построить его теоретическую модель, сформулировать гипотезу, спрогнозировать возможные результаты эксперимента, а это трудно осуществимо без серьёзной методологической подготовки. Перед тем, как формулировать модель эксперимента, физику необходимо понять, как работает наше сознание, каковы основные законы мышления, и каким образом они связаны с законами физики.

Никого не удивляет необходимость изучения устройства и работы, например, электронного микроскопа или БАКа, но необходимость изучения мозга как средства познания и законов его работы удивляет многих современных физиков.

Некоторые физики, узко понимая специфику избранного ремесла, считают, что имеют юридическое право не знать всего того ценного, что уже наработано мировой философской мыслью, тем более, марксистско-ленинской в области методологии.

Подлинный же философ обязан, по определению, знать всё обо всех основных достижениях научной мысли за всю историю человечества во всех областях практики и теории, знать не только что открыто, но и как это сделано, и не допускать искажения действительного смысла явления неряшливостью используемого категориального аппарата, что очень часто наблюдается у искусствоведов и физиков.

К числу мыслителей, достигших подобных высот относятся такие философы как Платон, Демокрит, Аристотель, Бруно, Галилей, Декарт, Гегель, Ленин, Сталин. Все они были энциклопедически образованы и чрезвычайно щепетильны в «охоте» за точностью используемого категориального аппарата. По крайней мере, Ленин и Сталин были в курсе всех важнейших достижений науки и техники своего времени и сделали всё необходимое для опережающего развития науки в СССР вообще и физики, в том числе. Ничем иным, кроме как комплексным видением проблем и роли научного познания, нельзя объяснить тот факт, что Ленин и Сталин, руководя партией большевиков, обеспечили организацию академических и прикладных институтов страны на ВСЕХ известных науке и практике направлениях, что и позволило, например, СССР раньше США вывести человека на околоземную орбиту.

Могут сказать, что при Сталине «закрыли» генетику и кибернетику. Здесь, как всегда, либералы переоценивают достижения, например, Вавилова, Капицы-старшего, Сахарова в их профессиональных сферах, и замалчивают то, что они, НЕ ЗНАЯ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА, т.е. ничего не понимая в теории коммунизма, использовали свою узкопрофессиональную международную известность для давления на политическое руководство страны. Хотя, как пишут об этом сами отсиденты, распространенной причиной, приводившей многих физиков и лириков на скамью подсудимых, является извечная и беззастенчивая конкуренция между интеллигентами всех сфер, писавших доносы друг на друга с целью облегчения победы в «научном» споре и увеличения квадратных метров жилой площади. Это особенно типично для откровенных и скрытых троцкистов. Без своевременного информирования и компетентной помощи лейтенанту госбезопасности со стороны дипломированных доносителей, органы не смогли бы вникнуть в хитросплетения евгеники и эйншейнианства. Попутно следует заметить, что, во времена Ягоды, троцкисты в НКВД составляли значительную массу сотрудников, делавших всё, чтобы уничтожить, действительно, ценные для строительства коммунизма кадры и сорвать выполнение пятилетних планов. Причем, как показал 1991 и последующие годы, практически, все именитые сторонники различных вариантов евгеники и эйнштейнианства таки оказались в едином лагере антикоммунистов.

И сегодня, в ходе полемики с активом «Прорыва», сознавая свою методологическую немощь, современные троцкисты используют, в качестве основного, метод голословных отрицаний, козыряя словами — дураки, дилетанты, а в качестве «доказательства» цитируют те же положения постулатов Эйнштейна, которые журнал и критикует, как изначально сомнительные. Это, тем более забавно, поскольку мы постоянно и недвусмысленно заявляли и заявляем, что ТО базируется на нескольких, по меньшей мере, тривиальных (круглое потому и круглое, что оно круглое, а не квадратное) постулатах Эйнштейна. Одно дело аксиома, очевидно не требующая теоретических доказательств, подтверждаемая практикой на каждом шагу и лежащая в основе всех последующих теоретических построений, но другое дело — несколько тривиальных постулатов, каждый из которых не очевиден и требует от наблюдателя, для подтверждения правоты постулата или для омоложения наблюдателя, всего-навсего, разогнаться до скорости около 300 000 км/сек.

Можно ли к постулатам Эйнштейна относиться так же, как к аксиоме Евклида?

Возьмем, например, постулат о том, что во всех «инерциальных системах» отсчета законы физики проявляют себя одинаково, т.е. инвариантно. Т.е. теория относительности открывается постулатом об… абсолютности физических законов, их инвариантности. А почему именно так? Потому ли, что все инерциальные системы отсчёта всегда абсолютно тождественны по всем параметрам, или потому, что каждый закон инвариантен как объективный и не зависит от точек отсчёта вообще, поскольку никаких точек отсчета в мире реальных физических явлений не существует? Что первично? Субъективная система отсчета или объективные законы, не зависящие от способностей наблюдателя и единиц измерения?

Западные физики, запуганные веками инквизиции, долгое время не производили физических экспериментов, не помолясь, т.е. без божьего благословения и не под его наблюдением. Они верили, что бог был тем единственным наблюдателем эпохи сингулярности, наблюдение которого так повлияло на сингулярное мироздание. Правда, как выяснил Эйнштейн, бог не рассчитал силу своих слов: «Да будет свет!» и вызвал бо-о-ольшой взрыв, т.е. «сделать хотел козу, а получил грозу». Именно с библейских времен над многими объективными идеалистами довлеет миф о том, что осязаемый мир есть всего лишь воплощение в материи розмыслов наблюдателя, т.е. бога, а потому в сознании современных физиков, при крайней «квантовой запутанности» их представлений, плодятся всевозможные тараканы, пардон, «коты Шредингера».

Можно ли утверждать, что землетрясения происходят потому, что некоторые наблюдатели научились их предсказывать? Разумеется, нет. Даже если наблюдатель установит, например, что землетрясения в мире происходят с частотой один раз в год, и научится, по поведению домашних животных, угадывать дату и место события, но и это не отвечает на вопрос, ПОЧЕМУ происходят землетрясения, тем более, в конкретном месте. Точно так, разговор об инерциальных системах отсчёта, есть, всего лишь, субъективная абстрактная логическая конструкция, не объясняющая причины, содержание и сущность реальных физических процессов, порождающих скорости, ускорения, направления, формы и результаты относительного движения.

Остаётся непонятым, что всякое относительное движение существует лишь потому, что существует абсолютное движение материальных образований в пространстве и во времени. Оно вечно и первично по отношению к относительному движению.

Материальный мир представлен бесконечным разнообразием форм и содержания своих проявлений. Поэтому, полностью тождественными могут быть только понятия очень высокого уровня абстракции, да и то, если они сформулированы в одном мозгу и в один момент времени. По прошествии некоторого времени понятие о любом предмете может коренным образом измениться в том же самом мозгу, поскольку развивается сам объект отражения — материя. А уж существование двух РЕАЛЬНЫХ тождественных инерциальных систем абсолютно невозможно, как невозможны два одинаковых отпечатка разных пальцев и, даже, одного.

Сама материя — источник развития своих форм существования. Время изменчиво количественно, но лишь как возрастающая бесконечность. Пространство же, поскольку оно бесконечно, вечно, однородно и неизменно, позволяет ставить точку отсчета в любом его месте, превращая её в центр ± ∞, а в математике в центр бесконечных числовых осей.

Но, если реальные инерциальные системы не тождественны как физические субстанции, то почему законы должны в них обязательно действовать одинаково?

Представьте наблюдателя, который видит падение чугунных гирь одинакового объема с одинаковой высоты, но одна падает на Луне, а другая на Земле. В какой инерциальной системе отсчёта гиря быстрее достигнет поверхности? Смог бы Галилей, определив величину ускорения в одной инерциальной системе, объяснить причину отставания такой же гири в другой инерциальной системе? Применима ли на Луне формула свободного падения (h = gt²/2), выведенная для земных условий (без уточнений величины ускорения на Луне)? Иными словами, закон, выведенный для Земли как инерциальной системы, подобен закону, действующему на Луне, но не тождественен ему в количественном отношении и, следовательно, не обеспечит практику на Луне своей земной количественной определенностью. Если бы во всех реальных инерциальных системах все физические законы проявляли бы себя буквально одинаково, то вместо бронебойных снарядов, при стрельбе по танкам, можно было бы применять снаряды, выточенные из липы и расписанные в Хохломе. И дёшево, и красиво.

У доверчивых эйнштейнианцев может возникнуть мнение, что на всех континентах Земли, движущихся относительно друг друга, хотя и очень медленно, и являющихся инерциальными системами, законы физики проявляют себя одинаково потому, что они действуют в разных инерциальных системах, соответственно требованиям постулата. Т.е. Эйнштейн ввёл в содержание постулата такую категорию, физический смысл которой он и не собирался объяснять даже самому себе. ПРОСТО, ВВЁЛ И ВСЁ. На самом же деле, физические законы действуют одинаково на всех материках Земли потому, что материки, прежде всего, части ОДНОГО космического тела с общей для всех континентов физической основой, а не разные инерциальные системы. И это полностью соответствует той диаматической истине, что общее довлеет над частным, что определенные объективные законы бытия, прежде всего диаматические, действуют одинаково во всём мироздании, а потому и, в субъективно выбранных, тождественных или подобных инерциальных системах.

Но, если взять в качестве одной инерциальной системы, корову, а в качестве другой — фотон, то Эйнштейну следовало бы доказать, что и в корове, и в отдельно взятом фотоне ВСЕ законы физики проявляют себя инвариантно. Например, законы капиллярности, закон Ома. Согласно представлениям Эйнштейна, и в корове, и в фотоне свет должен распространяться одинаково. А можно ли вывести физические законы орбиты движения коровы как инерциальной системы, пасущейся на инерциальном лугу, игнорируя законы действия безусловных рефлексов, имеющих электромагнитное содержание? Пойдет ли корова щипать асфальт, или, благодаря формуле Эйнштейна, будет осуществлять броуновское движение там, где растет трава? Можно ли сказать что-либо определённое относительно квантово-волнового дуализма коровы, законного для фотона?

А если принять за инерциальную систему отсчета фотон, то возникает вопрос: какая ипостась фотона позволяет считать его инерциальной системой отсчёта? Частица или волна? Может ли волна считаться инерциальной системой отсчета? Ведь волна есть лишь возвратно поступательное продольно-поперечное движение элементов среды относительно друг друга, т.е. самих инерциальных систем, и нужно немало потрудиться, чтобы доказать приемлемость подобного физического ПРОЦЕССА в качестве инерциальной системы отсчета. Возникает вопрос, что, в данном случае, является условием объективного существования инерциальной системы? Что, объективно, порождает инерциальную систему отсчета: субъективно выбранная точка отсчета, система координат или генератор, порождающий электрический ток и движение электронов в нити накаливания?

Сегодня на просторах интернета можно встретить интригующие утверждения, что «согласно современным представлениям физики элементарных частиц, электрон неделим и бесструктурен (как минимум до расстояний 10-17 см). Внутренняя чётность электрона равна 1. Электрон участвует в слабом, электромагнитном и гравитационном взаимодействиях». Приехали. От неделимого атома пришли к неделимому электрону в XXI веке.

А электрон, если признавать принцип неопределенности Гейзенберга, может ли он считаться инерциальной системой отсчета, в которой ВСЕ законы физики действуют, как, например, в покоящемся маховике автомобиля, в этом ярком представителе механических инерциальных систем? Но если покоящийся маховик не представляет собой никакой загадки, его можно даже пощупать, то каковы физические свойства недвижимого, бесструктурного электрона?

В 60-е годы физики эпатировали студентов утверждениями, что электрон не имеет массы покоя. Теперь физики утверждают, что у электрона есть масса покоя и выводят её величину через энергию, поскольку, по Эйнштейну, масса переходит в энергию, а энергия в массу, хотя это не объясняет ни природу массы, ни природу перехода массы в энергию, а лишь устанавливает количественные связи между физическими характеристиками движущихся частиц. Количественную сторону этих превращений можно принять, но только на веру, поскольку вопрос о субстрате микрочастиц не может быть объяснен даже бозоном Хиггса, состоящим, в свою очередь, из … И так до… бесконечности.

Так что, прежде, чем формулировать исходный постулат, Эйнштейну следовало бы разжевать своим адептам логику собственных рассуждений, которые привели его к выводу, что он сформулировал именно постулат, почти аксиому, а не частный абстрактный случай, едва ли воспроизводимый опытным путем в реальной действительности для выяснения взаимосвязей материи, пространства, времени, абсолютного и относительного движения, тем более, света.

Дело усугубляется тем, что основы теории относительности и теории преобразований заложены в глубоком и мрачном средневековье. Легко представить трудности первопроходца, Галилея, в его попытках (под надзором инквизиции) определить сущность инерции и, следовательно, инерциальных систем, движущихся относительно друг друга и не зависящих от бога. Галилей ведь не имел ни малейшего представления о физических причинах движения небесных тел по эпициклам и элипсоидам второго порядка, о внутреннем устройстве ядра атома.

Как сказали бы юристы, многие утверждения и Галилея, и Ньютона, и Эйнштейна в этом вопросе построены исключительно на косвенных, количественных производных, а не на прямых «уликах».

После Галилея ученые дополнили понятие инерциальные системы, словом «ОТСЧЕТ», тем самым, переведя разговор ещё дальше от проблемы физической сущности явления к ПРОБЛЕМАМ ИЗМЕРЕНИЯ. Позднее, за проблему преобразований, при измерении относительных движений инерциальных систем, взялся Лоренц, которому тоже было относительно безразлично, идет ли речь о движении в форме механического перемещения предметов, или о движении в форме распространения колебания, тем более в движущихся средах. Достаточно было того факта, что фронт одного явления в одной инерциальной среде смещается за единицу времени на некое расстояние, а в другой инерциальной системе, движущейся относительно первой, фронт явления смещается за то же время на иное расстояние, например, в ином направлении, с иной скоростью. Этих исходных данных было вполне достаточно для возникновения и решения проблем математических преобразований. Но и в этом случае исследуется не физика процесса, а нечто чисто количественное, и физик превращается в прикладного математика, пусть даже виртуозного, но не более.

До экспериментов Майкельсона — Морли многие физики думали, что пространство заполнено НЕПОДВИЖНЫМ эфиром, который увлекается движением планеты (видимо, качающимися деревьями), и эти возмущения, по их мнению, должны были искажать картинку в интерферометре. Но, не обнаружив в своих опытах признаков неподвижного эфира в интерферометре, некоторые физики поспешно и как-то радостно объявили об… отсутствии эфира вообще. Правда, несколько позднее физики стали поговаривать о «темной материи», которая подозрительно напоминала амнистированную форму эфира. Как и частицы эфира, частицы темной материи не выявлены, но для эйнштейнианцев существуют, якобы, косвенные доказательства её присутствия в межгалактических пространствах.

Многих физиков не удивляет, что для приведения в движение и бильярдных шаров на столе, и протонов в БАКе, необходимо прилагать внешнюю силу, тратить внешнюю энергию, тем не менее, когда речь заходит об электроне или планете, то, по мнению многих современных физиков, особенно на радость экспертам в области кинематики, они, просто, вращаются вокруг оси и, просто, движутся по своим орбитам без воздействия внешних сил и затрат энергии, поступающей извне. Даже тот факт, что электроны «скачут» с орбиты на орбиту под воздействием внешних квантов энергии, не поколебали убежденности многих физиков в том, что, в обычных условиях, электроны, просто, вращаются вокруг ядра атома, а планеты — вокруг Солнца.

До сих пор многие физики не поняли, что не вращающаяся планета приводит эфирные массы в движение, а, наоборот, спирали движущихся эфирных потоков и спиральные потоки бесконечно более тонких уровней материи, чем эфир, т.н. «темная» (похожая на сознание эйнштейнианцев) материя, порождает движение галактик, планет, образуя электроны, протоны, мезоны, фотоны и прочие материальные объекты и частицы, приводя их в механическое и (или) в волновое движение, порождая квантовые эффекты. А поскольку пространство бесконечно, материя бесконечна, то и энергия движущихся «эфирных» и «темных» масс материи, затрачиваемая на приведения макро- и микромира в движение, бесконечна, т.е. неисчерпаема.

Но, в то время, Лоренца, как и Эйнштейна, интересовала лишь проблема соизмерения относительных параметров движения объектов, находящихся в разных инерциальных, условно тождественных, системах отсчёта.

Лоренц, как и Эйнштейн, будучи несведущим в диалектике, не говоря уже о диаматике, ещё не владел методологией качественного исследования сущностей, а потому апеллировал лишь к количественной стороне явления. Количественные характеристики были их основным косвенным «окном» в мир физических явлений, позволявшим им догадываться о кое-каких качествах физических объектов. Между тем, достаточно было задуматься над «трудностями» получения опытным путем дифракции или интерференции, например, движущегося паровоза, чтобы понять принципиальное различие между механическими перемещениями и движением в форме распространения фронта колебания среды, а не стучать в открытую дверь физики ломом постулата.

Это тем более странно, что многие физики признают, что исследования Планка проводят границу между миром физических тел, где действуют законы механики, открытые Ньютоном, и микромиром, где, вроде бы, вступают в силу законы квантовой физики.

Поэтому следует говорить, что в качественно тождественных или подобных «инерциальных системах» НАБОРЫ физических законов тождественны или подобны, а в «инерциальных системах», качественно отличных по своей физической природе, т.е. противоположных по качеству, действуют системы иных по набору, содержанию и количественной определенности физических законов, благодаря которым мироздание и состоит не из тождественных инерциальных систем отсчета, а включает в себя разнообразные галактики, звезды, протоны, нейтроны, нейтрино, позитроны и, говорят, черные дыры. Все они имеют «право» оцениваться как качественно отличные инерциальные системы отсчета.

Эйнштейн не замечал, что противоречил сам себе, когда в постулате утверждал, что во всех инерциальных системах физические законы действуют инвариантно. Ведь в книге «Эволюция физики» он сам утверждает, что законы классической механики и законы мира микрочастиц, электромагнитных и гравитационных полей существенно отличны.

Если взять частицу, линейные размеры которой в миллиарды раз меньше фотона, то можно ли наблюдать в этой инерциальной системе те фокусы, которые Эйнштейн пытался описать, скрестив инерциальную систему Галилея и систему координат, рожденную Декартом для решения чисто земных геометрических задач, и применённую, впоследствии, другими без должного обоснования к исследованию проблем механики, а затем и процессов, происходящих в электромагнитных полях?

Материалисты диалектики исходят ещё и из того, что, даже, общество является формой материи, значительная часть форм движения в которой происходит по качественно абсолютно иным законам, и именно поэтому человеческие сообщества принципиально отличаются от минеральных форм природы и от стай животных.

Что можно сказать о причинах и целях движения первомайской демонстрации пролетариев, применив систему четырех измерений? Внешне пролетарские колонны напоминают механическую инерциальную систему, порой полноводную равнинную реку, порой поток лавы, порой миграцию бандерлогов. Но, пока, никому не удалось пролить свет на законы общественного движения с помощью четырех и более измерений.

Правда, Самюэльсон, утверждает, что диаграммы и графики на плоскости многое объяснили ему в экономике, но, как показывает практика рыночной экономики, мировой рынок совершенно индифферентен к мнению лауреата нобелевской премии, к кривым на его графиках, и потому рынок движется стихийно от кризиса к кризису, от трагедии к трагедии, от войны к войне, доказывая, тем самым, что система координат весьма ограничена в своих возможностях быть инструментом познания ПРИЧИН кризисных провалов в практике рыночной экономики. Диаграммы экономических циклов, построенные на материалах прошедших столетий, доказывают, что рынок и кризисы это анархия и глупость «в одном флаконе» буржуазной экономики.

Некоторые гносеологические причины поиска бога физиками

Одной из причин, вынуждающих человека во всем искать начало, точку отсчета, является объективное противоречие между бесконечностью мироздания и конечностью индивидуальной человеческой практики. Каждый конкретный мозг ограничен в своих возможностях временем жизни и разрешающими способностями органов чувств.

Наличие начала и конца в биографии каждой личности, наличие начала и конца в судьбе многих предметов обихода, пределы человеческих возможностей в сознательном отражении и воздействии на макро- и микромиры, порождает мысль о необходимости поиска отправной нулевой точки отсчета для исследования, созидания, движения, нуля на рукотворной числовой оси, календаря «от рождества Христова» и т.д. Только вводя искусственные точки отсчета, субъект способен придать в своём сознании некоторую последовательность бесконечной картине бытия и, через фиксацию последовательности реальных событий во времени и пространстве, делать выводы о возможных причинно-следственных связях.

Вряд ли разумному существу понадобился бы календарь и точка отсчёта, если бы разумное существо существовало вечно. Поэтому, судя по библии, и бог стал фиксировать дни недели лишь после того, как впервые в вечности занялся делом и, оказалось, что все конкретное имеет свое начало и свой конец.

Как продукты материи, все элементы и формы мироздания тождественны, а как единичное, конкретное, все они, в философском смысле, иное, противоположное. Для формирования адекватных представлений о мироздании и его движении необходимо помнить, что истина должна формулироваться конкретно, поскольку все объективные явления в мироздании конкретны.

Кто знаком с основами диаматики, тот знает, что количество и качество — две неразрывные стороны всех объектов мироздания и микромира. Поэтому, при диаматическом подходе к исследованию реальности, количественные характеристики опыта соответствуют качеству объекта исследования, а познанное качество дает представление о количественных характеристиках объекта. Но, если количественные характеристики множества рождаются благодаря ТОЖДЕСТВУ составляющих его элементов, что позволяет говорить и о количестве, например, слонов в стаде или о количестве атомов в некотором объёме, то категория качество принята для обозначения именно РАЗЛИЧИЙ, противоположностей по сущности. Доказано и передоказано, что после выхода количеств за пределы объективной меры происходит качественный скачок, и свойства данного конкретного множества, т.е. свойство целостного объекта, скачкообразно меняются на иное, противоположное. Так, например, один литр воды при температуре плюс 25 градусов по Цельсию, вылитый на голову прохожего с высоты 10 метров летом, не вызовет никаких серьезных последствий, но тот же литр воды при температуре в минус 25 градусов, в виде сосульки, «вылитый» на ту же голову с высоты 10 метров, превратится в орудие убийства.

Поэтому утверждать, что в летящей капле воды, и в летящем чугунном ядре все законы физики, особенно, законы распространения света, действуют одинаково, по меньшей мере, легкомысленно. Или, например, чугунная гиря, будучи брошенной в воду на глазах житейски опытного человека, вызовет у него справедливое убеждение, что она утонет. Таков закон взаимодействия этих двух инерциальных систем. Если раскатать гирю в лист, он тоже утонет. Но если из этого же количества чугуна изготовить, например, казан для плова, то он поплывет, доказывая, тем самым, что на него теперь действует ещё одна группа законов, не действующих на гирю, например, колебания поверхности воды. Более того, в казане можно приготовить плов, но это сделать невозможно, если пытаться для приготовления плова использовать гирю. Даже в мире механики, набор физических законов, обуславливающих качество гири как гири, изменится: если тому же весовому количеству того же материала придать, например, количественно больший внешний объем и иную форму, то тонущая гиря превратится в плавающий котел, несмотря на неизменное количественное воздействие гравитации. Количественное соотношение гравитации гири и антигравитации жидкости придет в иную пропорцию.

Никто из диаматиков не отрицает, что количественная сторона предмета тоже объективна и не бессодержательна, но без научного отношения к качеству, т.е. к физической определенности объекта, его количественная характеристика ни о чем не говорит. Например, возьмём триллион миллиардов молекул Н2О. О чем идет речь, о какой инерциальной системе отсчета: о газе, паре, воде или куске льда? Что, все физические законы в облаке пара, как инерциальной системе, в капле воды и в куске льда протекают одинаково?

Игнорировать качество, это все равно как, если бы физики, рассматривали сексуальные взаимодействия двух тел как механику инерциальных систем и, применив преобразования Лоренца, вывели некий универсальный закон любви.

На чем построены рассуждения Эйнштейна? Он брал, как минимум, две свои «четырехмерные» системы координат и считал, что приводя на бумаге в относительное движение эти две системы, он создал наиболее полную модель физической сущности мироздания. Оставалось не обращать внимания на «мелочи», особенно на физические качества реальных инерциальных систем и сред, в которой движутся инерциальные системы и распространяется свет. Когда это было удобно, Эйнштейн представлял «вакуум» не средой, передающей электромагнитные колебания, а идеально прозрачной пустотой. Он не стал заморачивать себя проблемой выяснения физических свойств этой абсолютно прозрачной пустоты, изгибы которой, почему-то, вынуждают электромагнитные колебания повторять эти изгибы, словно эти изгибы обладают свойствами гибких оптических световодов. Ведь совершенно очевидно, что если вакуум совершенно пуст, то нечему изгибаться вокруг космических тел с большой массой. А если свет распространяется всё-таки не прямолинейно, значит, такова форма залегания некой среды, в которой распространяются электромагнитные колебания.

Это в диаматике, прежде чем манипулировать словами: инерциальные системы отсчёта, время, движение, скорость, свет, относительно, абсолютно…, необходимо не ДОГОВАРИВАТЬСЯ о словах, не только обозначать их греческими и латинскими буквами, например, i, как это часто делают математики, а производить качественный анализ, вскрывать объективную сущность явлений, обозначенных вербально, и доказывать состоятельность своих умозаключений на каждом шагу исследования, как это делал Евклид в геометрии.

Галилей, когда заводил разговор об инерциальных системах, не имел ни малейшего представления об электромагнитной природе света. Его исследования не выходили за пределы механических инерциальных систем, связанных с перемещением тел относительно друг друга. Да и Эйнштейн, делал все инерциальные системы абсолютно идентичными, возводя их якобы четырёхмерность в ранг их главной характеристики.

Хотя достаточно было Эйнштейну взять за инерциальные системы отсчета «черную дыру» и, например, Солнце, чтобы усомниться, что во всех инерциальных системах свет распространяется с одинаковой скоростью.

Но мы пойдем дальше. Возьмём две черные дыры, движущиеся навстречу, в которых наблюдатели одновременно включили фонарики, интенсивно ими машут, один по ходу движения, другой против хода. Какой из наблюдателей увидит свет раньше, и какова будет скорость света в этой инерциальной дыре?

Что-нибудь нужно добавлять по поводу гениальной универсальности постулата Эйнштейна о физических законах, действующих одинаково во ВСЕХ инерциальных системах, тем более, отсчёта?

Валерий Подгузов                                                                                                                                         ИСТОЧНИК

Advertisements
Запись опубликована в рубрике Вопросы теории и практики марксизма, Общество. Добавьте в закладки постоянную ссылку.