О кудринской «новой модели роста»


Бывший министр финансов РФ г-н Кудрин в соавторстве с членом экономического совета при президенте РФ г-н Гурвичем опубликовал статью о необходимости реформ: «Новая модель роста для российской экономики». Несмотря на то, что г-н Кудрин — «человек Собчака», фигурант «дела Путина» и рекордное время пребывал у власти, он с 2011 года по настоящее время из-за конфликта с Медведевым ушел в оппозицию и поддержал «болотную». Поэтому его статья интересна как выступление человека, который стал чужим среди своих, а возможно был им всегда.

По поводу своих политических взглядов г-н Кудрин пишет в «Новой газете»:

«В обществах с развитой политической системой функция побуждения власти к честности реализуется в рамках политической конкуренции. Если же такой конкуренции нет, эту функцию может взять на себя только гражданское общество — непосредственно… я уверен в возможности успешной реализации сценария спокойной, ненасильственной трансформации нашей политической системы и всего государства. Динамичной, но не революционной. Где качество перехода важнее его скорости. Подтверждением этому могут и должны стать будущие президентские выборы, результат которых будет принят обществом».

Подобные взгляды обычно декларируются современными преподавателями гуманитарных наук, а не политическими акулами вроде г-на Кудрина. Однако именно так он выступил в своей программной речи по поводу митингов 2011 г.

Партнер г-н Кудрина г-н Гуревич открыто свои политические взгляды не высказывает, но при возможности демонстрирует влюбленность в США, особенно в их беззастенчивую диктатуру .

Перед тем как приступить к разбору статьи указанных экономистов, следует отметить, чем обязаны граждане РФ г-н Кудрину, который более десяти лет отвечал за финансы в государстве. Суть денежной политики г-н Кудрина сводилась к двум основным моментам: он активно выплачивал государственные долги РФ международным кредиторам и разными способами обогащал западные империалистические корпорации. За 8 лет кредиторам (иностранным государствам и корпорациям) было выплачено более 120 млрд долларов, что составило около 30% расходной части бюджета 2013 г. Кроме того, г-н Кудрин активно покровительствовал фактической продаже британской империалистической нефтегазовой корпорации BP третьей по величине нефтедобывающей компании РФ «ТНК», что только по официальной статистике принесло британцам более 19 млрд дивидендов. ТНК-BP» составляла треть добычи всей BP — второй по величине нефтегазовой корпорации в мире. Приватизация «ТНК» происходила на паритетной основе с союзом российских олигархов.

Также г-н Кудрин был организатором и теоретиком стабилизационного фонда, который только выглядел как сбережение и накопление общественного богатства. «Стабфонд» в кудринском варианте есть не что иное, как вложение денежных средств в долговые обязательства империалистических правительств. Из постановления Правительства № 229 от 21.04.2009, которое регламентирует деятельность фонда:

«К долговым обязательствам иностранных государств, в которые могут размещаться средства Стабилизационного фонда Российской Федерации, относятся долговые обязательства в форме ценных бумаг правительств Австрии, Бельгии, Финляндии, Франции, Германии, Греции, Ирландии, Италии, Люксембурга, Нидерландов, Португалии, Испании, Великобритании и США»

Интересная деталь — перечисление стран приводится в алфавитном порядке на латинице, что косвенно указывает на действительных авторов текста. Покупка ценных бумаг долговых обязательств перечисленных выше стран привела к тому, что «долговые обязательства», которые размещались под 2-3%, затем давались международными кредиторами российским же компаниям, но уже под 8-9%.

Перейдем к статье. Г-н Кудрин начинает свой анализ с того, что за 2000-2008 наблюдался постоянный рост нефтегазовых доходов бюджета РФ, природная рента которых составляла до 70% прибыли. Вслед за доходами росли бюджетные расходы и соответственно спрос на средства производства и предметы потребления. Г-н Кудрин акцентирует внимание на финансовой политике британской империалистической нефтегазовой корпорации в этой ситуации :

«Поступающие в бюджет нефтяные сверхдоходы в 2000-2008 гг. частично сберегались, чтобы предотвратить перегрев экономики и рост инфляции, а также создать запас прочности на случай падения цен на нефть. Сберегаемые сверхдоходы бюджета были использованы на погашение государственного долга (его величина снизилась со 161 млрд долл. в начале 2000 г. до 41 млрд. долл. в конце 2008 г.) и накопление бюджетных нефтегазовых фондов».

Неразумное по своей сути использование нефтегазовых свердоходов было продиктовано не только продажной сущностью политической позиции г-н Кудрина. Ниже он пишет:

«При этом сбережение нефтедолларов нельзя рассматривать как «вычет» из возможного увеличения внутреннего спроса [то есть как действительные вложения в экономику страны — Иван Грано ]. Проводившееся правительством за счет нефтяных доходов сокращение внешнего долга, как и создание Стабилизационного фонда, а затем Резервного и ФНБ, уменьшали все виды макроэкономических рисков, обеспечивали повышение суверенных и корпоративных кредитных рейтингов и снижение стоимости заимствований для всех категорий российских заемщиков, тем самым дополнительно стимулируя рост. В целом с 2000 по 2013 г. сбережения в виде досрочного погашения внешнего долга и чистых (за вычетом расходов на создание госкорпораций, поддержку экономики в 2009 г. и т.п.) накоплений в нефтегазовых фондах составили 215 млрд долл. (в долларах 2013 г.). Таким образом, на сбережения было направлено примерно 10% общих нефтегазовых сверхдоходов экономики и 15% нефтегазовых сверхдоходов бюджета. Если бы эти средства были полностью потрачены, то расходы расширенного бюджета на протяжении рассматриваемого периода превышали бы фактические на 3,5%».

Иными словами, г-н Кудрин оправдывается перед широкой научной общественностью (а статья опубликована в журнале «Вопросы экономики» № 12, 2014 г., который, как правило, лежит в каждой библиотеке), что он просто не знает никаких других способов сохранить полученные свердоходы, кроме вышеобозначенного способа «сбережения». Дело в том, что рыночная экономика, особенно в своей заключительной государственно-монополистической стадии социальной формации, это очень динамичная модель самоумножения капитала, которая превращает конкуренцию в тотальное уничтожение сильнейшими слабейших. Процесс самоумножения происходит путем «слияния» денежных масс с особым товаром — способностью к труду. Но из-за господства спекуляции денежные массы постоянно теряют стоимость, что используется господствующим классом предпринимателей для перераспределения общественного продукта на заключительной стадии частного, казалось бы, независимого, почти интимного потребления. Действительной ценностью в капиталистическом обществе являются не сами по себе богатства в натуральной форме, не денежные массы каким бы количеством цифр они не выражались, а процесс самоумножения стоимости, то есть капитал. Так и г-н Кудрин пишет, что задача сохранения, то есть фондирование огромных денежных масс в руках государства, даже не рассматривалась в качестве реальной и выполнимой.

 

Г-н Кудрин не знает как потратить сверхдоходы, чтобы не «перегреть» экономику. Рассмотрим несколько наиболее реалистичных вариантов развития инвестпрограмм в целях обеспечения экономического роста, даже несмотря на то, что финансисты-кудрины под этим понимают исключительно самоумножение стоимости — «деньги-товар-деньги » и «деньги-деньги» — в заданных пространственно-временных государственных границах.

К примеру, вероятно самый популярный вариант: перераспределить денежные массы на обеспеченный государством обязательный рост доходов населения. Причем неважно в форме ли субсидий, доплат к заработной плате или роста пенсии и др. Какие ближайшие последствия будут у подобного решения? Сверхинфляция. Иными словами, предпринимательский класс, в частных руках которого находится вся торговля, незамедлительно отреагирует на растущий спрос в сфере потребительской продукции и поднимет цены; чем, в свою очередь, обесценит потраченные государством денежные массы. Это и есть форма перераспределения общественного продукта на стадии частного потребления.

Аналогичным образом дело обстоит во втором примере, уже в сфере производственной продукции. Когда подрядчики и поставщики узнают о плане бюджетирования ремонтных программ и инвестпроектов, то за счет завышения цены своей продукции и услуг, по сути, разворуют все выделенные денежные средства. При этом исполнение заказа покажет минимальный рост количества и качества при миллиардном росте затрат.

Последним из наиболее вероятных примеров является создание на базе госкорпорации полного цикла производства, от добычи и переработки сырья до конечной сборки и выпуска продукции. Но и здесь, несмотря на контроль за полным циклом производства в рамках одного предприятия, существует коммерческая тайна, которая позволит менеджменту данной госкорпорации безнаказанно растрачивать выделенные средства. Хотя данный пример наиболее эффективен, но наименее выгоден лоббистам, которые участвуют в принятии решений в отношении фондирования и инвестирования нефтегазовых сверхдоходов. Отчасти данный способ государственного участия в рыночной экономике используется во всех странах в отношении стратегической инфраструктуры, консолидации капитала в руках узкой группы олигархов.

Таким образом, вариантов эффективно потратить денежные средства государства в интересах развития экономики при капиталистическом строе не существует. Получается, что сначала гг. «Кудрин и Ко» отдали часть российских нефтегазовых активов прямо в собственность международного империалистического капитала. Затем рублевую ренту с валютной выручки от всей международной торговли российскими углеводородами и энергоносителями вернули назад в валютную форму и вложили в долговые обязательства мировых империалистических держав — США и ЕС. На эти, по сути вредительские и абсурдные действия, г-н Кудрин делает следующий вывод:

«В целом в 2007 г., когда приток иностранного капитала в Россию достиг пика, дополнительные (по сравнению с наблюдавшимися в 1999 г.) инвестиционные ресурсы за счет этого фактора превысили 100 млрд долл. При этом, по оценке Экономической экспертной группы (ЭЭГ), повышение цены на нефть на 1 долл./барр. увеличивало чистый приток капитала в страну на 1 млрд долл. Столь значительный разворот потоков частного капитала способствовал бурному развитию кредитования. На рисунке 3 показан рост накопленной величины кредитов, выданных организациям и физическим лицам, — в 11,3 раза в реальном выражении за 2000-2008 гг. (или с 10 до 41% ВВП). Еще одна причина этого в том, что некоторые направления финансового сектора развивались почти с нуля. Так, реальная величина кредитов физическим лицам выросла за докризисные годы в 46 раз (в среднем на 53% в год!). Динамика дополнительных ресурсов, которые приходили в российскую экономику… достигнув пикового значения (свыше 300 млрд долл.) в 2007 г., этот показатель несколько снизился и сейчас стабилизировался на уровне около 250 млрд долл. в год.

Таким образом, главным двигателем роста российской экономики в докризисный период служил массированный приток в страну ресурсов извне. Это позволяет условно охарактеризовать действовавший экономический механизм как «модель импортированного роста».

И действительно, почему империалистическим банкам не кредитовать российские компании? Ведь г-н Кудрин обеспечил им «подстраховку» за счет вклада в долговые обязательства их правительств («Стабфонд»), которые все равно никогда не будут оплачены и выдаются банкам под 0-1% ставки рефинансирования. Размер «Стабфонда» примерно соответствовал среднегодовой сумме иностранных займов.

Сложившаяся модель экономики — это компромисс между российским и международным олигархическим капиталом по поводу частнособственнического присвоения ценных природных ресурсов в форме капиталистического накопления. Г-н Кудрин данную модель реализовывал через соответствующее министерство и «Стабфонд».

Проблематика данной модели, по мнению г-н Кудрина, и с ним сложно не согласиться, заключается в том, что экономика РФ имеет не производственный, а сырьевой, добывающий характер.

«В качестве одного из критериев можно использовать динамику доли российской продукции на мировых несырьевых рынках. Как показывают результаты расчетов [2001 г. — доля российской продукции на мировом рынке в сегменте оборудования 0,28; в 2008 — 0.30 — Иван Грано ], доля нашей страны на высокотехнологичных рынках за 2002-2008 гг. увеличилась незначительно. Положение России на рынках нетопливной продукции несколько укрепилось благодаря удорожанию металлов [с 0,88 до 1,21 — Иван Грано ] — второй после углеводородов позиции в структуре нашего экспорта, но осталось почти неизменным для «машин и оборудования». Таким образом, резкий рост доли российской экономики в мире не был основан на заметном повышении ее конкурентоспособности».

Это говорит не об абстрактной «неконкурентоспособности», а о том, что экономика РФ инкорпорирована в мировую финансово-экономическую систему и занимает в ней соответствующее место в силу, в первую очередь, кредитно-финансовой зависимости от международных институтов. Многие страны имеют сырьевую зависимость от мирового рынка, который США и ЕС контролируют экономическими (за счет навязывания своих валют, в форме которых происходит мировая торговля) и военными инструментами. Россия же от этой зависимости в силу природных обстоятельств избавлена. Экономика РФ зависит от мирового рынка только в силу социального господства буржуазии, которая свои интересы сознает только в рамках самонакопления капитала и участвует в мировой торговле в силу раздробленности, конкурентной борьбы друг с другом и жажды прибыли вопреки всяким неэкономическим целям и смыслам.

Проблему сырьевой экономики РФ можно освещать с точки зрения трех разных подходов.                                                                                                                                                                      Первый — либеральный, который проповедует как раз разного рода кудрины. Он заключается в том, чтобы публично говорить о «конкурентности экономики страны», но при этом проводить политику еще большего закабаления и подчинения господству мировых империалистов. Этот подход разделяет г-н Кудрин в своей статье и в своей министерской политике.

Второй подход — национально-патриотический или империалистический. Его суть сводится к тому, что необходимо консолидировать капитал в руках очень узкой группы олигархов, которая путем экономической, политической и военной экспансии завоюет для себя «жизненное пространство» у слабых экономик и вступит в конфликт с международными империалистами. Данный подход всегда прикрывается фразой о национальных интересах, исключительности и величии отчизны.

Эти два подхода отражают в экономической науке противоположные интересы международных и регионально-национальных империалистов и борьбу разных буржуазных группировок за государственную власть.

Третий подход — марксистский. Он заключается в том, что в нашей стране есть все ресурсы для бескризисного, независимого развития экономики на базе обобществления собственности. Этот подход предполагает постепенное уничтожение товарно-денежных отношений всеобщим научным планированием экономики. Он не совместим с диктатурой буржуазии и требует установления диктатуры рабочего класса.

В отличие от марксистов г-н Кудрин планирует бороться с обозначенной проблематикой следующим образом:

«Главная проблема отечественной экономики имеет еще более глубокий характер — она заключается в слабости рыночных механизмов… И в банковском, и в нефинансовом секторах доминируют государственные, квазигосударственные (госкорпорации) или смешанные (частично государственные) компании. Такие компании, как правило, имеют существенно искаженную мотивацию: они менее заинтересованы в получении прибыли, их коммерческая деятельность во многих случаях сочетается с фактическим выполнением функции «агента правительства», у них слабее ответственность за результаты деятельности — убытки могут быть тем или иным способом покрыты правительством (в последнее время мы видим все больше подобных примеров)».

У либералов на все один и тот же ответ — приватизация. Однако мало кто из них говорит о том, в чьи руки попадет собственность при приватизации. Вот как г-н Кудрин теоретически обосновывает то, что чистая частная собственность эффективнее, чем собственность буржуазного государства: «Проведенное Всемирным банком обследование 79 тыс. российских предприятий за период 2003-2008 гг. подтвердило, что у предприятий государственной и муниципальной форм собственности значительно хуже показатели производительности, чем у частных (Bogetic, Olusi, 2013)».

Либералы сами записывают свои «истины» в свои же учебники и потом объявляют их общеизвестными и очевидными. Простой вопрос о том, чьи интересы стоят за таким выводом «Группы всемирного банка» никогда не будет освещен в их публикациях. Хотя всем известно, что Всемирный банк, который был создан для «помощи» развивающимся странам, контролируют США, Великобритания, Германия, Франция. Иными словами, крупнейшие транснациональные корпорации этих великих держав. Было бы странно, если бы эти самые сильные в мире конкуренты, имея колоссальное финансовое преимущество над всеми остальными субъектами рынка, не выступали бы за тотальную распродажу чужой собственности во всех уголках планеты.

На этом основании г-н Кудрин диктует следующие основные задачи реформирования экономики РФ: «Радикально сократить нерыночный сектор, включающий государственные и квазигосударственные компании, которые в основном руководствуются нерыночной мотивацией» — то есть распродать собственность в пользу международных игроков; и «Перераспределить часть полномочий и бюджетных ресурсов в пользу регионов, укрепить местное самоуправление» — то есть ослабить административный и консолидирующий государственный инструментарий национальной буржуазии для упрощения вмешательства международных империалистов в экономику страны.

В социальных вопросах г-н Кудрин, как и все либералы, выступает за проведение принципов конкуренции до полного людоедского финала. В частности, он поясняет, что для экономики необходимо задействовать «резервы» в виде масштабного сокращения занятости в бюджетном секторе и не менее масштабного сокращения довольствия бюджетников:

«Необходимо, во-первых, избавляться от избыточной занятости там, где она есть; во-вторых, по возможности увеличивать предложение труда; в-третьих, пытаться не допустить опережающего повышения зарплаты по сравнению с ростом производительности труда. Анализ показывает, где имеются резервы для решения этих проблем: а) численность занятых в бюджетном секторе явно избыточна (по их числу на 1000 человек населения Россия превосходит как развитые страны, так и страны с формирующимся рынком); б) в последние годы резко повышалась зарплата в ряде отраслей государственного сектора, что затем распространялось на всю экономику; в) в России установлен едва ли не самый низкий среди сопоставимых стран пенсионный возраст. Исходя из этого, можно предложить следующий комплекс мер: — отказ от повышения зарплаты в бюджетном секторе, которое не увязано с ростом его производительности; — оптимизация численности занятых в бюджетном секторе; — переход от борьбы с безработицей (размеры которой вряд ли будут значимыми) к борьбе за конкурентоспособность; — повышение мобильности и расширение переобучения рабочей силы; — совершенствование механизмов регулирования миграции в интересах привлечения необходимых рынку труда работников; — поэтапное повышение пенсионного возраста».

И более детально по поводу пенсий:

«Необходимо восстановить доверие инвесторов и к макроэкономической устойчивости российской экономики, и к политике институциональных изменений. К обоим направлениям относится, в частности, решение долгосрочных проблем пенсионной системы. Их острота определяется, во-первых, тем, что долго обсуждавшиеся изменения в пенсионной системе, вступающие в силу в 2015 г., не решают проблему старения населения; во-вторых, замораживанием на два года накопительной системы, еще более усугубляющим долгосрочные дисбалансы. Инвесторы хорошо понимают, что без энергичных мер по их устранению пенсионные проблемы в будущем придется решать за счет повышения налогов, что дополнительно ослабляет их стимулы вкладывать средства в российскую экономику».

Действительный смысл такой непопулярной позиции кудринов заключается в последовательном теоретическом, интеллектуальном и психологическом проведении интересов империалистического господства международной системы капитализма. Дело в том, что место экономики РФ в мире, а значит и населения нашей страны, определено естественно-экономическим путем (международной конкурентной борьбой) в пирамиде глобальной империалистической стратификации в качестве сырьевой «банановой республики» (полуколонии). А такое положение не требует экономической активности такого огромного количества людей, поэтому они, с точки зрения законов рынка, становятся неэффективными и должны быть «оптимизированы». В этом смысле «План Даллеса» не что иное, как фантастическое отражение в общественном сознании реального социального закона неравномерности экономического развития капитализма в империалистической стадии, выражающемся в культурной, экономической и социальной экспансии капитала США.

«Научная работа» г-н Кудрина — это наукообразное экономическое филистерство либерального идеолога, написанное в качестве защиты интересов мирового господства США на ниве научной экономической кафедры РФ.

Иван Грано                                                                                                                                                    ИСТОЧНИК

Advertisements
Запись опубликована в рубрике Общество с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.