… Чтоб не кончался никогда октябрь семнадцатого года… К вопросу об отношениях собственности


Необходимое условие, но недостаточное

«Манифест Коммунистической партии» содержит широко известные слова: «Коммунисты могут выразить свою теорию одним положением: уничтожение частной собственности».

Это краткое определение главного вывода из теории марксизма включает в своё содержание необходимое условие отрицания капитализма, но недостаточное для построения и функционирования коммунизма. Т.е., если не будут ликвидированы отношения частной собственности между людьми по поводу основных средств производства, большая часть человеческого общества будет продолжать прозябание лишь по законам пищевой цепочки животного мира. Но, как показала практика СССР и даже КНР, торжественное провозглашение уничтожения крупной частной собственности в конституции не гарантирует от реставрации капитализма на деле.

Строго говоря, у большинства из тех, кто называл себя «русской интеллигенцией» и пытался выступать в роли моисеев ХХ и XXI веков, не хватило ума и совести, чтобы понять смысл этого короткого высказывания из Манифеста о губительности звероподобных отношений частной собственности. Все они оказались пленниками, кто узенького мирка Остапа Бендера, кто жителей Матёры, кто Матрениного двора. Более того, многие из тех, кто официально состоял в рядах коммунистической партии, клялись при приёме, что обязуются активно участвовать в уничтожении частной собственности, на самом деле не составили себе труда задуматься над тем, какие обязанности это положение коммунистической теории налагает на каждого члена партии.

Подавляющее большинство членов партии, её огромный аппарат докторов и профессоров, если обратиться к их партийному диссертационному и монографическому наследию, совершенно игнорировали эту проблему и, строго говоря, население страны на протяжении многих десятилетий истории СССР не получало теоретической подпитки для повышения своей научной вооруженности.

Ясная методологическая установка ленинского и сталинского периода истории СССР о приоритете общего над частным и, следовательно, общественных потребностей над частными интересами, которая обеспечивала постепенный и неуклонный рост удовлетворения потребностей РАЗВИТИЯ каждого человека, не была понята и разъяснена в необходимой мере.

Большинство интеллигентов всё еще не понимает, что, если бы на Земле уже были бы ликвидированы отношения частной собственности на основные средства производства, и на этой основе построен коммунизм, то на планете уже не было бы ядерного оружия, вообще. Странно, что мир без ядерного оружия, всё ещё, «не стоит «мессы».

Современный капитализм уже давно приобрел форму АБСОЛЮТИЗМА олигархов, прикрытого фиговым листом демократии, т.е. процедурой периодического избрания «козла отпущения» по кличке «президент» или «премьер». Время от времени один из избранных «козлов отпущения», не твёрдо усвоивший правила игры, пытается вести рыночное стадо так, как сам считает нужным. Но таких «бунтарей», олигархи, обычно, быстро ставят на место. Например, в США, БЕЗ СУДА И СЛЕДСТВИЯ были расстреляны 4 президента, 2 других — подстрелены, 2 отстранены через импичмент. Именно олигархи санкционировали убийства, например, Патриса Лумумбы, Сальвадора Альенде, Улофа Пальме, Мориса Бишопа, Ицхака Рабина, Саддама Хусейна, Слободана Милошевича, Муаммара Каддафи. На этой же основе на Украине в 2014 году был свергнут законно избранный Янукович. В сентябре 2014 года в либерально-демократических СМИ широко озвучивался призыв российских меньшинств проамериканской ориентации: вынести из Кремля ногами вперед законно избранного Путина, как минимум, с пулевым отверстием в голове. Разумеется, все призывавшие — ярые противники «сталинских» репрессий.

Так что, существование частной собственности на основные средства производства делает тиранию олигархов неизбежной и, несмотря на эти, бьющие в глаза факты, в столицах мира всё ещё достаточно обманутых дольщиков, пайщиков и вкладчиков, верящих, что СМЕСЬ частной мелкой и олигархической собственности, грызущихся, между собой, политических партий, враждующих религиозных конфессий и рыночной конкуренции всех против всех, способна породить политическую гармонию и благоденствие населения страны.

В сознании большинства обывателей, пока не укладывается мысль, что для ликвидации безумных материальных и моральных извращений на одном полюсе общества и дикой духовной и материальной нищеты, образующей другой полюс социальной напряженности в мире, для гармонизации отношений между людьми необходима ликвидация института частной собственности на средства производства.

Однако ликвидация отношений частной капиталистической собственности не имеет ничего общего с идеей религиозного аскетизма и не является утопическим субъективным пожеланием Маркса.

Крушения рабовладельческих и феодальных империй, где императору или хану, лично, принадлежала самая большая порция земельных владений в стране, происходили, прежде всего, потому, что гигантские владения можно относительно быстро и формально завоевать себе в частную собственность, но их невозможно эффективно использовать по назначению, тем более, управлять лично, при любой степени развития оргтехники и силовых структур.

Между интересом раба и интересом господина, в случае признания ими института частной собственности, нет принципиальной разницы. Немного найдется рабов, которые не желали бы стать рабовладельцами, немало было рабовладельцев, которые, разорившись, стали рабами. Иначе говоря, нет Брута, который бы не хотел воткнуть кинжал в Цезаря и занять его положение в обществе, даже понимая, что он следующий. Везде, где существуют отношения частной собственности между людьми, мы видим их готовность к взаимному уничтожению во имя завладения активами ближнего своего. Дело библии призвать верующих не возжелать ни жену, ни осла своего ближнего, дело частной собственности сделать верующих непримиримыми конкурентами.

В истории не было случаев, чтобы класс рабов пришел к власти, и возникла бы страна свободных… рабов. Класс рабовладельцев был отрешен от власти и богатств, в конечном итоге, не классом рабов, а классом феодалов. Феодалы лишь использовали борьбу рабов против класса рабовладельцев. Класс феодалов был уничтожен не классом крестьян, а буржуазным классом, использовавшим борьбу крестьян против класса феодалов. Пугачев повел крестьян на борьбу лишь за власть «хорошего царя», хотя в Европе многие уже читали труды Кампанелла, Жан Жака Руссо и Вольтера, писавших в тот же период, даже, не о социализме, а о коммунизме. И в США класс рабовладельцев был уничтожен не в ходе борьбы рабов, а в ходе борьбы класса буржуазии против класса американских рабовладельцев. Негры-рабы сыграли, но очень незначительную, роль в деле поражения американских плантаторов. После победы «северян» все негры тоже превратились в частных владельцев своего товара «рабочая сила» и, вот уже 150 лет, спокойно продают её на рынке.

Так что, абсолютно верное марксистское положение об истории, как истории борьбы классов, слишком однобоко трактуется многими левыми, которые сводят классовую борьбу лишь к борьбе класса эксплуатируемых с классом эксплуататоров, в то время как острейшая борьба идет, прежде всего, между классами эксплуататоров и внутри их. Современные левые не замечают, что в трудах Ленина и в программе РСДРП дело свержения феодализма было возложено на саму буржуазию, а рабочий класс, к этому времени, должен был быть организован партией большевиков и, воспользовавшись свержением царя, не дав буржуазии создать собственный государственный аппарат, немедленно перейти к свержению буржуазии. Не понял этой диаматики Плеханов, не понимают её и современные левые, а потому предлагают пассивно ждать, когда пролетариат умственного и физического труда, доведенный до отчаяния буржуазией, сам поднимется на борьбу за уничтожение отношений частной собственности, а многочисленные партии с коммунистическими названиями будут им немного помогать в этой борьбе. На этом понимании сущности классовой борьбы и бытует преклонение перед стихийностью пролетарского движения, паразитируют экономизм, бернштейнианство, троцкизм, акционизм и тред-юнионизм.

Но молодой эксплуататорский класс, уничтоживший предшествующий ему эксплуататорский класс, кровно заинтересован в сохранении своего господства, и поэтому уже первые рабовладельцы целенаправленно создавали армию, религиозные и другие идеологические институты воздействия на психику масс, выстраивали сложноподчиненные вассальные структуры управления. Правда, слабым местом этих структур являлось то, что формально подчиненные военачальники, идеологи и «менеджеры» обычно руководствовались не столько решениями господина, сколько собственными частными мотивами. Оттуда непрерывная цепь дворцовых переворотов, гражданских, религиозных и захватнических войн, экономических кризисов во всех странах, во все эпохи существования отношений частной собственности.

Крушение рабовладельческих, феодальных и буржуазных колониальных империй во второй половине ХХ века доказывает, что, в строгом соответствии с объективным законом связи количественных и качественных сторон объекта, частная собственность, накапливаясь, делает саму себя непригодной для управления со стороны частного владельца и, даже, наемного менеджера, на первый взгляд, преданного хозяину как собака. В силу этого и наступает долгий мучительный и расточительный процесс разложения империй, стран и монополий, построенных на принципах частной собственности.

Попытка некоторых компартий строить коммунизм через плюрализм с мелкой частной собственностью за короткий срок привела к децентрализации и распаду стран социалистической ориентации, например, Сомали, Югославии, Чехословакии, Молдавии, Грузии, Азербайджана, Ирака, Ливии. Но и в рыночных странах абсолютно не решен вопрос о целостности Украины, Испании, Италии, Бельгии, Канады и, конечно же, «самих» США. Немало ещё «сюрпризов» ждет руководство КНР от Гонконга и, вообще, от китайских предпринимателей с партийными билетами КПК.

Могут сказать, что распался и гигантский Советский Союз, видимо, и при социализме невозможно централизованное управление единым производственным комплексом страны по плану. Действительно, СССР распался, но не раньше, чем Андроповым было принято категорическое решение о переводе экономики СССР на полный хозрасчёт и самофинансирование, что и означало капитализацию экономики СССР через превращение формально советских министров и директоров предприятий в реальных частных собственников, имеющих полное право использовать все основные и оборотные средства по своему частному усмотрению. Иными словами, уничтожение СССР, начатое «оттепелью» Хрущева, косыгинской реформой 1965 года, было закончено андроповским переводом советской экономики на полный хозрасчет уже в 1984 году, заменой единого научно обоснованного планирования анархией договорных отношений между министрами и директорами.

Результаты горбачевской «перестройки» доказали, что управление экономикой в масштабах такой страны как СССР на основе хозрасчёта, т.е. частной собственности на средства производства — дело вообще неосуществимое.

Но три сталинские довоенные пятилетки и две послевоенные пятилетки социально экономического развития СССР, безусловно, доказали, что экономика САМОЙ большой страны мира вполне управляема и самоуправляема, но лишь при отсутствии частной собственности на средства производства, т.е. при постепенном ослаблении роли хозрасчета. Подавляющее большинство советских людей к 50-м годам рассматривало свою работу на ЛЮБОМ рабочем месте, прежде всего, как личный ТВОРЧЕСКИЙ вклад в строительство коммунизма, как единственно мыслимый способ развития своих талантов, и только незначительная часть интеллектуально однобокой интеллигенции и кустарей в СССР рассматривали свои рабочие места как источник денежных доходов ради удовлетворения похоти и патологий. Даже Высоцкий, особенно в своих ранних ролях, убедительно играл советских, честных, романтически настроенных людей.

Преимущество плановой экономики было исчерпывающе доказано в ходе второй мировой войны. Никто в истории не разговаривал так просительно с руководителями коммунистических партий, как Рузвельт и Черчилль разговаривали со Сталиным под впечатлением от… роста промышленного могущества СССР за годы самой тяжелой в истории человечества Великой Отечественной войны.

До Хрущева качество планирования и, следовательно, управляемость социалистической экономики только возрастали, несмотря на утонченный оппортунизм Вознесенского. Причем, точность планирования росла именно в той мере, в какой происходил отказ от стоимостных и ценовых дисгармонизаторов экономики.

Дефляция, чего панически боится западная рыночная экономика, т.е. рост покупательной способности «денег», являлась важнейшим элементом придания экономике СССР все более динамичного, пропорционального и, следовательно, бескризисного характера. Систематическое и значительное ежегодное снижение цен, на всё производимое, за счет неуклонного снижения интенсивности труда и повышения его производительности во всех отраслях производства страны, делало абсолютно излишней, например, борьбу трудящихся СССР за повышение заработной платы. Дефляция есть один из результатов постепенного отмирания отношений стоимости, внешнее выражение объективной тенденции нормы прибыли к понижению, которая проявляет себя уже при капитализме, когда все усилия, направленные на рост нормы прибыли и ВВП, приводят к обратному результату. Дефляция означает увеличение оборота реальных материальных и интеллектуальных ценностей при сокращающейся потребности в денежных знаках. Но изуродованная психика предпринимателей требует роста нулей на их счетах, а при замедлении роста количества нулей производство в рыночной экономике начинает останавливаться.

В конце 40-х, начале 50-х годов прошлого века, когда население всех развитых рыночных стран мира билось в тисках кризисов, инфляции и колониальных войн, в то же время в СССР происходила планомерная дефляция при росте квартирного строительства при БЕСПЛАТНОМ их предоставлении в распоряжение МИЛЛИОНАМ граждан ежегодно.

Но, по мере роста хрущевского волюнтаризма, воинствующей безграмотности, все большую роль в экономике СССР стали открыто играть «товарники», хозрасчетники, всё меньшую — линия на повышение уровня НАУЧНОСТИ планирования. Достаточно заметный вклад в эту деструктивную тенденцию сделали «советы посторонних»: Леонтьева, Сакса, Канторовича, Сахарова, практически, всего Института экономики АН СССР, а на завершающей стадии и редактора экономического отдела журнала «Коммунист», убежденного плохиша, Е.Гайдара.

Современные акционерные компании, возрастание роли государства в управлении «рынком», рост влияния внутренних нерыночных регуляторов (ФРС), международных политических и некоммерческих управленческих организаций в мировой экономике (ООН, ВТО) доказывают, что классические рыночные, в том числе, монетаристские институты, поставленные на службу крупной частной собственности, не способны обеспечить желаемую управляемость капиталами современной степени их концентрации и централизации.

Строго говоря, наличие таких институтов как частные аудиторские фирмы, рейтинговые агентства, центры сертификации качества продукции до поступления её на рынок, гигантские страховые кампании, — всё это доказывает, что общество начинает понимать, хотя и стесняется признать, что «невидимая его рука», если ей дать полную волю, то она НИЧЕГО, кроме массовых банковских крахов, массового разорения мелких и средних предприятий, кроме кризисов, войн и тирании монополий…, породить не способна. Борясь за минимизацию издержек, крупным бизнесменам приходится, фактически, переводить весь реальный сектор экономики на предсказуемую основу, пытаясь ослабить стихийно возникающие «волны Кондратьева», но из этого не выстраивается даже регулируемый капитализм.

Вступая в стадию экономического подъема, предприниматели, в большинстве своем, ждут от биржевых спекулянтов и политических обозревателей очередных сплетен о приближающемся спаде, о перестановках в правительствах, а дождавшись их, начинают свертывать производство…, и, о «чудо», спад, действительно, приходит, подтверждая «точность» базарных сплетен. Самое забавное, что «предсказатели» приобретают славу гениальных экспертов, но не по вопросу экономического развития, а по вопросам… рецессий. Через некоторое время эксперты-провидцы начинают прозрачно намекать, что, рано или поздно, наступит экономический подъем. И, точно, через некоторое время небольшой подъемчик того или иного индекса на бирже происходит. Так и рождаются рыночные волны экономических конвульсий.

Тем не менее, институт современной крупной частной собственности всё ещё функционирует, поскольку, во-первых, существование капиталистической частной собственности защищено государственным и частным СИЛОВЫМ аппаратом гигантского масштаба, изощренной правовой и громадной пенитенциарной системами, и, во-вторых, благодаря целенаправленно культивируемому массовому НЕВЕЖЕСТВУ пролетарских масс и АМОРАЛИЗМУ офисного планктона, политических хомячков, короче говоря, большинства лиц наёмного, в том числе, УМСТВЕННОГО труда, особенно в развитых странах.

Если бы не широкая сеть тюрем, не безапелляционная жестокость полиции и национальной гвардии США, например, в Фергюсоне, то, по примеру Фергюсона, сначала все США, а за ними и ВЕСЬ цивилизованный Запад вновь прошли бы через эпидемию массовых погромов, много «круче» Майдана и его люстраций. Причем, это произошло бы не только потому, что значительная часть американского народа нищенствует в буквальном смысле слова, а именно потому, что невежественные массы, воспитанные в режиме «ценностей», порожденных упадническими эталонами частной олигархической собственности, мыслят исключительно категориями: отнять и… только отнять, не делясь ни с кем.

Приобретение значительных масс материальных и финансовых средств, желательно без затрат, является приоритетной мечтой абсолютной массы обывателей, собирательным образом которых и является Остап Бендер, на похождениях которого, фактически, самовоспитывались всевозможные мавроди и васильевы, чубайсы и гайдары, березовские и абрамовичи, хасаны и япончики в СССР.

Всякий раз, когда в работе силовых структур Запада намечается малейший сбой, люмпены и дипломированный средний класс решительно выходят на погромы и растаскивают «священную частную» собственность. Многие платные рыночные моралисты, осуждая погромы, «объясняют» дело так, как будто в будке абсолютно честной собаки лежит честно заработанная ею косточка, а бесчестная кошка старается украсть эту косточку. Между тем, более точно данную ситуацию можно проиллюстрировать схваткой двух абсолютно честных собак из-за одной косточки, которая, вообще-то, принадлежит живой ещё курочке, но которую каждая из собак готова выхватить вместе с горлом у другой собаки.

Тот, кто, хотя бы раз, в шутку оттаскивал домашнюю собаку от куска мяса, даже болонку, тот познал силу ярости животного в этой ситуации. Разумеется, гораздо труднее оттянуть от пищи, например, аллигатора. Но умножьте силу его ярости на миллиард, и вы получите представление о силе реакции миллиардеров на призыв рационально разделить совокупный общественный продукт между его непосредственными и косвенными производителями. В этом и кроется источник всех наших современных войн и всех видов преступности

Можно только поражаться тому, как огромное число индивидов, числящих себя интеллигентами, не будучи олигархами, с пеной у рта отстаивают своё право оставаться, в вопросах защиты олигархической частной собственности, на уровне бабуинов, не желающих признавать теорию Дарвина. Забавно слышать от украинских безработных и люмпенов, что у них отняли Крым с виллами Коломойского, так же, как и от российских безработных и люмпенов слышать: «Крым наш!».

И всё было бы печально, если бы, как отмечалось выше, не объективные тенденции концентрации капитала, которые формируют предпосылки для сознательного, глубоко мотивированного отказа общества от института частной собственности. Дело давно уже лишь за зрелостью субъективного фактора, поскольку объективно мировые производительные силы уже функционируют как общественные с высочайшей степенью разделения труда и, вытекающей из этого, необходимостью глобальной кооперации, централизации и планирования. Атавизмы всё ещё господствуют в сознании современных либерально-консервативных «элит», не понимающих, что капиталист давно уже превратился в свою противоположность — в феодала, тормозящего развитие общества тем, что все результаты прогресса он конвертирует в свою монополию, в кризисы и войны.

Отрицая на деле примитивную идею о «невидимой руке рынка», во всех развитых странах множатся комитеты, курсы, аппараты и методические центры по оказанию помощи мелкому бизнесу, парламенты принимают законы по обузданию монополизма, возникают фирмы для аудита финансовой дисциплины частных корпораций, совершенствуются налоговые инспекции и полиция, создаются рейтинговые агентства и другие институты НЕРЫНОЧНОГО характера. Однако все эти усилия, направленные на ослабление негативных последствий частнособственнических отношений, дискредитирует сам институт частной собственности. Главная роль в усилении этой тенденции принадлежит олигархам. В этом заключено объективное противоречие концентрации капитала в руках сокращающегося круга частных лиц, влекущее снижение эффективности использования этих капиталов, несмотря на усиление роли нерыночных институтов.

Поэтому Ленин был совершенно прав, когда называл государственно-монополистическую стадию капитализма полной материальной подготовкой коммунизма.

Кто такие олигархи с социальной и биологической точек зрения?

С биологической точки зрения, примерно, так же, как и среди «царей зверей» — львов, через некоторые промежутки времени рождаются альбиносы, точно так, среди «царей природы» — людей, периодически рождаются бесцветные личности, лишенные выраженных талантов художника, музыканта, ученого, короче говоря, без задатков творца, а потому с гипертрофированной жаждой потребления. При появлении прибавочного продукта формируется класс людей, для которых присвоение бессмысленно циклопических объемов экономических активов и моральных излишеств превращается в цель их бессмысленного бытия. Миф о царе Мидасе — достаточно удачная иллюстрация проблемы подобного типа интеллектуальных альбиносов.

В нынешних условиях, словом «олигарх» следует обозначать субъекта, располагающего таким количеством купюр, что он способен предложить госслужащему, живущему от зарплаты до зарплаты, любую взятку, от которой могут отказаться только опера Круча и Шилов, но только в кино.

Как отмечал Сорос в своей книге «Кризис мирового капитализма», однажды наступил момент, когда он понял, что уже совершенно не представляет, что делать с деньгами, которыми он располагает. И поэтому Сорос стал тратить деньги, покупая чиновников и политиков в приглянувшихся ему странах, ради построения глобально открытого для Сороса общества. Он тратил на управление миром такие суммы, что нашлось очень немного чиновников и депутатов в других странах, которые отказались от его «грантов».

Верно и обратное, каждый, достигший политической власти, как, например, Муртаза Рахимов, Коль, Ширак, Берлускони, Саркози, сможет осуществить самообогащение до критериев журнала Форбс и стать олигархом.

Нормальные, психо-физиологически адекватные люди с детства испытывают потребность познавать и творить научные, инженерные, художественные шедевры, любить, продолжать род. Материальные субстраты и духовные продукты им необходимы лишь для реализации творческих и конкретных биологических потребностей исключительно в разумных пределах, поскольку именно разум, а не инстинкт диктовал им манеру поведения. И, хотя, освоение, например, космоса есть весьма материалоемкая потребность, она не является отражением одного лишь частного интереса субъекта, а тем более сигналов рецепторов его желудка. Изучение космоса жизненно необходимо всему обществу и главный конструктор космических систем, распоряжающийся громадными объёмами ценностей, противоположен олигарху, для которого познавательная, общественная сторона последствий его деятельности занимает минимальное место в его же сознании. Миллиардерам безразличны как высокие научные результаты, так и катастрофические экологические и социально-демографические последствия их деятельности, если, например, изготовление ядерного оружия и наркотиков обеспечивают прирост их ЛИЧНОЙ прибыли, тем более, если её размер выше средних показателей у конкурентов. При ином подходе эти интеллектуальные альбиносы не стали бы миллиардерами.

Законченных олигархов интересует лишь полная СТОИМОСТЬ всех материальных и интеллектуальных ценностей ПЛАНЕТЫ и их текущая иерархия, с точки зрения сиюминутных оценок финансовой эффективности, чтобы поэтапно осуществлять стратегию перевода ВСЕХ общепланетарных ценностей в разряд СВОЕЙ частной собственности в порядке, например, от первоочередных актов колонизаций наиболее ценных регионов к последующим захватам менее доходных регионов.

Не будет преувеличением, если сказать, что представителям олигархической породы имманентны т.е. органичны, острые переживания по поводу того, что ни один из них не может запихнуть к себе в желудок все материальные и финансовые ценности планеты. По крайней мере, в своей книге, «Кризис мирового капитализма», Сорос отождествляет себя именно с безразмерным желудком, в который, молодому Соросу яростно хотелось запихнуть всю валюту мира, независимо от её санитарно-эпидемиологического состояния, вместе со всей кровью и грязью на купюрах.

Суть имперской олигархической формы частной капиталистической собственности — генетически голодная собака на сене из купюр. Таково основное содержание бесталанных биографий, например, Мэдоффа, Патаркацишвили, Березовского. Чуть менее ярко, но то же самое можно увидеть в биографии Невзлина, Ходорковского, Тимошенкова, Васильевой. Несложно предположить мотивы деяний и предсказать поучительные повороты в дальнейшей судьбе, например, Коломойского, Порошенко, Абрамовича. Но самое забавное то, что многие из перечисленных субъектов, ради удовлетворения своих желудочных потребностей, имели, в свое время, кое-какое отношение к ВЛКСМ, КПСС и на собраниях слышали об общих положениях марксизма по поводу отношения коммунистов к частной собственности. Но, как говорится, не в собаку сено. А ведь и Патаркацишвили, и Березовский, и Старовойтова, и Ходорковский могли бы прожить более продолжительную и счастливую жизнь, если бы не приняли активного участия в разрушении СССР во имя перестройки жизни по лекалам фильма «В джазе только девушки» и журнала «Плейбой», в котором, например, Поль Гетти публиковал свои статьи для будущих вкладчиков МММ под общим названием «Как стать богатым».

Подобным субъектам членство в коммунистических организациях не помогло понять, что построить коммунизм — это значит, прежде всего, обеспечить максимально благоприятные условия для развития КАЖДОГО индивида, т.е. оптимизировать материальные, кадровые и хронометрические факторы социального и физического созревания КАЖДОЙ личности (личности — в широком научном значении этой категории) на освоение ими необходимого круга научных знаний и практических навыков реализации смысла жизни и достижения счастья. Но перевод вопроса о счастье ВСЕХ людей в практическую плоскость возможен лишь при выполнении предварительного условия: теоретического освоения большинством индивидов положений науки о частной собственности как о главной причине всех массовых и большинства индивидуальных трагедий в истории человечества и, на этой основе, сознательного практического уничтожения этой атавистически-эгоистической формы ОТНОШЕНИЙ между людьми.

Могут возразить, что эпидемии чумы, геморрагической лихорадки, рака являются следствием чисто биологических причин, а не частной собственности. Это выглядело бы правдоподобно, если не сравнивать суммы, выделяемые частными собственниками для игры на бирже и в казино, на создание оружия, с теми суммами, которые выделяются для борьбы, например, с детскими раковыми заболеваниями, на борьбу с болезнями и с самой лихорадкой Эбола.

Первая и вторая мировые войны есть доказательство подлинных устремлений нынешних владельцев основной массы средств производства на планете, т.е. олигархов. Безраздельное, ничем не ограниченное личное господство над всем человечеством — главный движущий мотив КАЖДОГО индивида, наворовавшего до звания миллиардера.

С помощью войн они всегда пытались решить и сегодня решают вопрос, кому из олигархов, причем, ОДНОМУ, ПЕРСОНАЛЬНО, достанется ВСЁ материальное, финансовое и культурное богатство планеты. Иной вопрос, что реализация подобного проекта, с научной точки зрения, не выполнима. Но то, что каждый олигарх в душе лелеет именно этот вариант — факт. По крайней мере, в РФ десятки тысяч заказных убийств конкурентов в ходе тысяч минивойн, развязанных предпринимателями и в лихие 90-е, и в наши дни — убедительно доказали положительное отношение демократов и либералов к расстрелам своих конкурентов БЕЗ СУДА И СЛЕДСТВИЯ. Большинство смертных приговоров в эти годы были вынесены частными лицами без права на апелляцию и тут же приведены в исполнение частными палачами в подворотнях, подъездах и на светофорах. Показательно, что ни Немцов, ни Навальный, ни их юный подпевала Гудков, ни разу не выступили против массовой практики заказных частных расстрелов в РФ, а спекулируют лишь на коррупции, которую осуществляют те же люди, которые и приговаривают своих конкурентов и неподкладистых чиновников к расстрелу. Любому, житейски грамотному человеку ясно, что сделает либеральный олигарх с чиновником, если тот не возьмёт взятку и не поставит себя в собачью зависимость от «хозяина жизни».

Миллионы людей уже расстреляны по приговорам частных «черных риелторов», т.е. частных владельцев больших масс недвижимости. Сегодня и на Украине решается вопрос: какая из мировых олигархических групп будет единолично грызть эту, пока, ещё формально суверенную «косточку». Олигархи США, ЕС и РФ демонстрируют огромное желание вырвать её из пасти друг у друга вместе с зубами. Украинским олигархам приходится делать вид, что они счастливы, выбрав пасть со стойким запахом «Кока-Колы».

Частная собственность как тормоз очеловечивания

Как показала история, самым сложным в проблеме постижения разрушительных свойств частной собственности и сознательного её отрицания являются не столько трудности волевого подавления в себе приступов жадности, сохранившейся в системе инстинктов большинства индивидов со времен их далеких, часто голодавших предков, приматов, а научное усвоение сущности категории «частная собственность». Можно понять человека, когда он с жадностью ест после недели вынужденной голодовки. Это естественно и можно извинить. Но другое дело, когда приступ жадности накатывает на индивида сразу после обеда.

Большинство современных интеллигентов не понимают того вывода из дарвинизма, что трепетное отношение каждого индивида к частной собственности обнажает незавершенность процесса его превращения из обезьяны в человека в ходе внеутробного, т.е. социального антропогенеза. Ведь важным является не то, что, похожее на человека, существо само сообщает о себе СМИ, а то, как оно думает на самом деле, что переживает искренне, и в какие реальные отношения оно вступает с людьми. По крайней мере, лишь на телепередачах «Смак», Макаревич был органичен, бесхитростен и выглядел на своём месте, как слуга вкусовых пупырышек. И в нем совершенно не проглядывал рокмэн, готовый совершить поворот, не задумываясь о последствиях.

Не возвысившись в собственном сознании над рецепторами желудка, безосновательно называть себя человеком-разумным. Любую американку, которая набралась воли, чтобы сбросить лишние 200 кг веса, уже можно было бы поздравить с началом очеловечивания, если бы не мотивы, которые подвигают современных американцев на борьбу с ожирением. Их, как правило, заботит не бессмысленность беспрерывного пожирания вещества природы с последующим превращением его в навоз, и даже не проистекающая из обжорства болезненная малоподвижность, а ВНЕШНЯЯ непривлекательность, как будто она является главной причиной негативных отношений между людьми.

Совершенно ясно, что глубинное отличие человека от обезьяны заключено не во внешности, а в изменении пропорций времени жизни, затрачиваемого индивидом на обеспечение физиологических потребностей и удовлетворение социальных, созидательных и познавательных потребностей своей личности в контексте потребностей общества, как сложной социальной системы личностей, в контексте мира рукотворных художественных форм, мира научных открытий, макро- и микроявлений мироздания. Чем больше существо погружено в борьбу за своё возвышение в пищевой цепочке, тем больше научной точности в отнесении этого индивида к числу приматов. Безосновательно относить вторую сигнальную систему, т.е. способность индивида говорить на БЫТОВЫЕ темы, к числу важных признаков очеловечивания, тем более, если содержание мыслей, выраженных вербально, тождественно содержанию инстинктов, связанных с удовлетворением простейших физиологических потребностей.

Предположим, два кроманьонца, живущие недалеко друг от друга в эпоху распространенности каннибализма, делают топор из случайно обнаруженных местных материалов. Один из них обрабатывает кремень, другой делает деревянную рукоятку. Естественно, что последней операцией, превращающей полуфабрикаты в готовое изделие, является соединение лезвия и рукоятки. Их неразвитый ум превращал в неразрешимую задачу вопрос о том, кому из них принадлежит готовый топор? Но, имея в руках готовый топор, слабо очеловеченному индивиду трудно было удержаться от инстинктов зверя и не превратить партнера в предмет потребления.

Только тогда, когда в сознании человека рождается мысль о необходимости изготовления ещё одного топора, для партнера, можно говорить о начале собственно человеческой истории, которая открывалась первобытным коммунизмом, общинной формой собственности на землю.

Но первобытному коммунизму не суждено было перерасти в полный коммунизм ещё и потому, что не каждому соплеменнику приходила в голову благая мысль о производстве необходимого количества топоров на всех, и поэтому, как только единственный топор оказывался в руках хитрого и прожорливого соплеменника, его партнер превращался в обед. Как говорил герой одного из произведений О. Генри: «Боливар не выдержит двоих». Недавний, очередной либеральный расстрел в подворотне известного адвоката Акимцевой, выигрывавшей во многих судебных тяжбах по вопросу «Кому принадлежит топор?», свидетельствует о том, что формула О. Генри за последние 104 года не утратила актуальность.

Из приведенных примеров следует, что непосредственное авторство в производстве какой-либо материальной или духовной ценности не делает изготовителя автоматически владельцем данной ценности. Только сделав её НЕДОСТУПНОЙ для других субъектов, ОТЧУЖДАЯ ценность от всех остальных людей, индивид превращается в единоличного ЧАСТНОГО собственника и, тем самым, демонстрирует свою генную близость к своим далеким хвостатым предкам. Поэтому сущность частной олигархической собственности постижима только при диаматическом подходе к этой проблеме, и состоит он, как всегда, в рассмотрении явления в единстве, образующих его, противоположностей.

Частная собственность — результат производства, присвоения или отчуждения?

Личное потребление, например, глоток воды, есть физиологически продиктованный акт превращения ничейного, пока еще физического тела, т.е. объёма воды, в частную собственность, недоступную для другого индивида, мучимого жаждой. Глоток воды, сделанный одним индивидом, превращает его в воду, недоступную для любого другого страждущего. Акт присвоения глотка воды есть одновременно акт отчуждения его от всех остальных индивидов. Но и воспроизводимые предметы превращаются в частную собственность рабовладельческого, феодального и рыночного толка ЛИШЬ при ОТЧУЖДЕНИИ любой объективно существующей ценности ОТ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ СУБЪЕКТОВ.

Технология отчуждения пахотной земли от ВСЕХ пользователей, т.е. превращение её в частную собственность, давно уже найдена: каменные, железобетонные, стальные заборы, рвы, минно-взрывные заграждения. Технология отчуждения воды от ВСЕХ пользователей, т.е. превращение её в частную собственность, тоже давно уже найдена: запруды, плотины, бутилирование питьевой воды. Технология отчуждения информации от подавляющего большинства людей тоже, практически, найдена: мистика, ЕГЭ, платное высшее образование, цена полного комплекта современного информационного оборудования, программного обеспечения и интернет-услуг. А вот отчуждение кислорода атмосферы от всех людей, пока, только провозглашено в произведениях фантастов. Атмосферный кислород не превратился в частную собственность, пока, лишь потому, что ещё не найдена технология ОТЧУЖДЕНИЯ атмосферы от всех остальных людей.

Таким образом, выражение «частная собственность», в идеале, принято для обозначения, не столько факта личного потребления материальных и духовных средств существования людьми, сколько ОТЧУЖДЕНИЯ одним индивидом, практически, ВСЕХ материальных и духовных ценностей от ВСЕХ остальных людей. И потому, если человек общителен, дружелюбен, сентиментален, совестлив от природы, то он не сможет стать владельцем больших массивов природных и рукотворных средств существования, поскольку для приобретения их в частную собственность необходимо превратить природные и произведенные ценности в НЕДОСТУПНЫЕ для остального социума.

Но в середине 80-х годов в экономическую теорию, усилиями Абалкина, была внедрена «бледная трепонема» формулировки собственности как «владение, распоряжение и использование» активов, а вместо выражения «производственные отношения» было введено в «научный оборот» выражение «хозяйственный механизм развитого социализма». Теперь любая форма отношений собственности стала толковаться как безобидная органическая часть хозяйственного механизма социализма, заключающаяся во владении, распоряжении и использовании активов, а не в их отторжении. Так совершались идеологические диверсии.

Подавляющее большинство дипломированных членов партии зазубрили эту премудрость, поскольку они не владели диаматикой вообще, не имели возможности научно решить вопрос о сущности ОТНОШЕНИЙ частной собственности, не могли ничего знать о содержании объективных законов процесса отрицания отношений частной собственности и, следовательно, они не могли сообщить ничего убедительного рабочему классу, т.е. непосредственным производителям материальных и духовных ценностей.

Особенно печально то, что, начиная с Хрущева, партия постепенно и, в конце концов, окончательно утратила влияние на художественную и техническую интеллигенцию. Эта, последняя, утонула в мещанстве, мелкотемье, в грязном белье и в двурушничестве. Они относительно красно «баили» на партсобраниях, а после собрания погружались в карьерные интриги и валютно-джинсовые спекуляции и пьянство. Сегодня редко кто помнит, например, имена маститых членов Союза писателей, Союзов художников СССР, маститых академиков, но в период перестройки почти каждый из них поведал читающей публике о том, что, на самом деле, он всегда был противником и борцом против коммунизма и власти «совка», носил фигу в кармане и гадил везде и во всем, и бравировал тем, что умело обводил КГБ вокруг пальца. Они только недавно стали догадываться, что это и было частью плана Андропова по выращиванию диссидентов и переправке их на Запад.

Анализ большей части современных левых публикаций убеждает в том, как далеко находятся современные левые пропагандисты от понимания путей ликвидации отношений частной собственности. Фактически, за последние двадцать лет, ни один из них не поднялся выше поверхностного понимания некоторого круга проблем ФОРМАЛЬНОГО обобществления средств производства в виде политического и юридического отстранения олигархов от национального богатства. Многие даже забыли, как выглядит, и есть ли она вообще, ленинская теория РЕАЛЬНОГО отрицания частной собственности, т.е. обобществления средств производства НА ДЕЛЕ. Они не понимали, что борьба, например за гуманизм, за мир, против голода, экстремизма, даже за либерализм, без решительного и компетентного противостояния атавизму частного собственника — пустой звук.

Естественно, больше всех преуспели в невежестве по данному вопросу такие отцы русской демократии как Солженицын, Сахаров, Зиновьев, Астафьев, Распутин, Рязанов, Говорухин, Любимов. Они не поняли ни того, что сами являлись наиболее производительными певцами всех уродливых явлений при социализме, ни действительных объективных причин существования порочных явлений при социализме, ни действительных грехов КПСС и КГБ.

К вопросу о достаточном условии построения коммунизма

Сегодня уже есть обильный практический материал, на базе которого можно ежеминутно повторять современным российским интеллигентам: так жить нельзя. Вас выгнали с работы? Причина вашей беды — воля частного собственника. Вам увеличили нагрузку и не выдали вовремя зарплату — воля частного собственника. По улицам опять маршируют нацисты — это оплачено частными собственниками. Вам не хватает денег, чтобы приобрести жилье — цены устанавливает частный собственник. Черные риелторы отняли приватизированную квартиру у вашей старенькой соседки, убив её — виновата частная собственность. Ваша дочка пошла «работать моделью» на панель — частная собственность. Вы не можете найти себе невесту потому, что у вас нет собственной квартиры и мэрса — благодарите частную собственность. Неуклонно растет оплата ЖКХ — частная собственность. Инфляция съедает зарплату — частная собственность. В мире начался финансовый кризис — частная собственность. На Украине началась гражданская война — частная собственность. Ограбили вашу квартиру — частная собственность. Вас «кинула» турфирма — частная собственность. С вас содрали взятку — частная собственность. Вам «случайно» в зоне террористического акта что-то оторвало — частная собственность. Вам в магазине незаметно подложили гнилой помидор — частная собственность. Вы каждый день слушаете враньё журналистов о том, как свободно и счастливо живется пролетариям, особенно гастарбайтерам на Западе в условиях рыночной демократии — частная собственность на СМИ. Вам едва хватает зарплаты, чтобы дотянуть до конца месяца, но СМИ по многу раз в день радуют вас сообщениями о, «жизненно важных» для вас, многомиллиардных сделках на фондовых биржах — частная собственность…

Могут возразить, что и при социализме было много недостатков. Но нужно понимать, что классики марксизма и называли первую фазу коммунизма — низшей, т.е. социализмом, потому, что производственные отношения в обществе еще не достигли НЕОБХОДИМОГО уровня зрелости, после которого и начинается собственно история коммунистического общества, т.е. история окончательно очеловечившихся прямоходящих млекопитающих.

Относительно медленная трансформация производственных отношений в СССР объясняется незрелостью субъективного фактора, поскольку достаточно высокие посты в обществе и партии в СССР с 1917 и по 1991 годы занимали многие индивиды, мировоззрение которых сформировалось в буржуазно-феодальном обществе, в религиозно-мещанских, в кулаческих и чиновничьих семьях, на образцах салонного и церковного «искусства», и поэтому эталоны буржуазно-феодального «изячного» потребительства были всегда их самой искренней, но тайной страстью. Это отчетливо видно в переписке такого пролетарского писателя, как, например, Алексей Толстой. Если обратиться к личным воспоминаниям наиболее известных и продуктивных антисоветчиков, как Горбачев, Яковлев, Солженицын, Любимов, то и они признавались, что самым сильным мотивом их антисоветской деятельности были воспоминания о раскулачивании тридцатых годов, желание отомстить совкам за кобыл, коров и баранов, уведенных с их двора в колхоз. Объективные свойства психики людей не позволяют решить проблему очеловечивания за короткий промежуток времени, поскольку даже на минимально необходимую социализацию личности уходит вся школьная и студенческая юность и не всегда успешно.

Маркс и Энгельс ко времени написания Манифеста КП, полагали, что ужасающий контраст между образом жизни пролетариев и предпринимателей, типичный для 40-х годов девятнадцатого века, делает излишним детальное и частое живописание тех бед, которые несёт в себе частная буржуазная форма собственности. Марксу и Энгельсу казалось, что это всем очевидно, так же, как и им самим. Относительно частые забастовки и периодические вооруженные выступления пролетариев той эпохи порождали в классиках надежду на силу классового чутья пролетариев, на относительную легкость нахождения общего языка коммунистов и пролетариев. Более того, как показала практика, Маркс и Энгельс переоценили уровень научной подготовки даже тех, кто поручил им написать Манифест коммунистической партии. Очень скоро стало ясно, что многие из первых членов союза коммунистов, являлись, скорее, акционистами, авантюристами, партийными карьеристами, просто оппортунистами, чем последовательными и умелыми проводниками научного мировоззрения в среде пролетариев физического и умственного труда.

Итоги европейской революции 1848 года и, особенно, поражение Парижской Коммуны, показали, что, с точки зрения задач пропаганды в пролетарских средах, в том числе, наемных работников узкопрофессионального умственного труда, краткого определения, в котором указывается лишь необходимость уничтожения частной собственности, недостаточно для выработки устойчивой и глубокой мотивации. Стало ясно, что необходимо детальное исследование законов развития капитализма, чтобы общественное сознание убедилось в реакционности перспектив развития капитализма.

Однако сегодня стало ещё яснее, что даже подробная, исчерпывающая критика капитализма, данная в «Капитале» Маркса, недостаточна, и, без развернутого детального изложения объективных законов ПОСТРОЕНИЯ собственно коммунизма, партии с коммунистическим названием не способны будут выполнить свою миссию на практике.

Краткое определение теории коммунизма осталось недостаточно понятым и эмоционально слабо отражено в сознании широких кругов не только западного пролетариата середины девятнадцатого века, но и, повторимся, технической и художественной интеллигенции России в начале ХХ века и, позднее, СССР. Строго говоря, коммунистической пропаганде не удалась, пока, «переиграть» националистическую, религиозную и мещанскую идеологию. Большинство членов партии с коммунистическими названиями продолжают отождествлять задачу уничтожения частной собственности с задачей буквального отстранения субъектов от основных средств производства. Левым эсерам, например, казалось, что достаточно физически устранить помещиков и царя, чтобы легко прийти к крестьянскому социализму. Между тем, НЭП показал, как только трудолюбивые крестьяне получили национализированную землю в пользование, между ними тут же возникли долговые отношения, и, буквально, через год после отмены «военного коммунизма» БОЛЬШАЯ часть крестьян превратилась в батраков, а МЕНЬШАЯ — в непримиримых мироедов. Вместо крестьянского социализма начал развиваться бандитский капитализм на селе. Разбогатевшие крестьяне стали вооружаться обрезами для защиты своей собственности от бедняков. Спекуляция зерном достигла людоедских масштабов. Кулачество в союзе с бухаринцами, заполонившими ЦК и НКВД, попытались задушить колхозы, колхозников и городских рабочих ГОЛОДОМ, со рвением, которому завидовали фашисты под Ленинградом.

Ленин видел эту угрозу и, уже в ходе «красногвардейской атаки» на капитал, оперативно исследовал, решил и довел до сознания широких и партийных масс суть процесса, стратегию и тактику уничтожения отношений частной собственности, в первую очередь, за счёт плана ГОЭЛРО, роста образованности, «великих починов» и социалистического соревнования.

Но современное левое движение упростило даже эсеровскую постановку вопроса. Последние 30 лет левые, вместе с мелкобуржуазными партиями упрямо выдвигают один и тот же универсальный лозунг: «Долой!», терпя одну «победу» за другой и, снова наступая на те же грабли. Лозунг «Долой Горбачева» сменился лозунгом «Долой Ельцина». После самосвержения Ельцина, над колоннами демонстрантов взметнулся легко предсказуемый лозунг «Долой Путина». Нынешних левых не настораживает даже тот факт, что и фашисты, и либералы идут на демонстрации с этим же лозунгом. В других республиках СССР лозунг «Долой Шеварднадзе» сменился лозунгом «Долой Саакашвили». В Азербайджане оппозиция уже много лет бродит под лозунгом «Долой Алиева». На Украине лозунги конвейерно требуют отставок то Кравчука, то Кучмы, то Януковича, то Ющенко, а теперь и Порошенко. Причем, опять, как справа, так и слева.

Доказано, что самым простым для усвоения массами, в том числе и партийными, является легко осуществимый лозунг «Долой», а самым сложным оказался лозунг «Мы наш, мы новый мир ПОСТРОИМ».

Безрезультатность двух десятилетий борьбы за свержение «козлов отпущения» до сих пор не подтолкнула «левых» к мысли о том, что залогом победы над капитализмом является не только свержение существующего политического временщика, а наличие в левых рядах образованных управленцев, способных выполнить роль КОМПЕТЕНТНОГО авангарда, в том числе и на местах, в сфере политики, науки, художественного творчества, образования, экономики. Без такого авангарда никакой уровень развития средств и объемов производства не является АВТОМАТИЧЕСКИМ условием становления коммунистического общества.

Самой простой, чтобы не сказать примитивной, многократно примененной практикой является, ничего не давший, опыт физического уничтожения эсерами глав старого управленческого аппарата: монархов, министров и губернаторов. Существенно сложнее, достаточно рисковой, но более продуктивной оказалась ленинская тактика привлечения старых буржуазных и военных специалистов на службу молодой, неопытной и малограмотной политической власти пролетариев. Рыночное бытие сделало буржуазных спецов, в большинстве, беспринципно продажными. Но, благодаря этому недостатку, если к нему подойти диаматически, методы привлечения старых спецов на службу в советские учреждения оказались до постыдного примитивными. Достаточно было Ленину обеспечить старым буржуазным специалистам зарплату и условия быта выше партийных и пролетарских норм, т.е. сделать для них опять доступными рестораны, ипподромы, оперетту, слегка прикрыть глаза на проституцию, как, практически, вся буржуазная интеллигенция, и местная, и иностранная, начала трудиться на строительстве социализма в СССР, хотя и без должного восторга и энтузиазма.

Оказалось, что, для усмирения жажды старых кадров открыто гадить Советской власти, достаточно, с одной стороны, обеспечить их традиционными упадническими мещанскими «Бубликами», но, с другой стороны, необходимо наладить логистику реальных материальных потоков, постепенно научиться планировать пропорции их производства, постепенно повышать точность в определении физических объемов производства и распределения, постепенно перевести весь оборот продукции промышленности и сельского назначения, и это самое главное, на безналичный расчет. Эти мероприятия, рутинная часть которых разрабатывалась самими буржуазными специалистами по заданию ЦК ВКП(б), существенно облегчали контроль органов за вредительской деятельностью этих самых кадров, что позволяло не только карать за факты саботажа и вредительства, но и делать акты саботажа всё более неосуществимыми. Вся система управления, по мере реального обобществления средств производства в СССР, становилась беспрецедентно прозрачной, настолько защищенной от коррупции, что все открытые судебные процессы тридцатых годов были обеспечены бесспорными доказательствами умышленной преступной деятельности правой и «левой» оппозиции в СССР в сфере промышленности и финансов.

История мировой экономики доказала, что, чем «совершеннее» и более «развитой» является финансовая «система» страны, тем больше в ней лазеек и огромных дыр для махинаций, опережающих правовую систему в её попытках оградить общество и отдельных граждан от ограбления.

Ровно в той мере, в какой рыночный эксперимент в СССР в 1984 году опять возвел на трон финансы, возродилась система массового ограбления, начиная с кооперативов, ваучерной приватизации, залоговых «аукционов», МММ, «Властелина», ЮКОС, «Оборонсервис», «Системы», с умышленными банковскими крахами, массовым мошенничеством турфирм и т.д. В мировом хозяйстве с задачами разорения и ограбления целых стран успешно справляется МВФ.

Как ни странно, несмотря на изобилие подобных фактов, партийный актив всех левых партий даже сегодня не усвоил учение марксизма в той его части, в которой доказано, что ликвидация отношений частной собственности может быть осуществлена лишь путем СОЗИДАНИЯ ОБЩЕСТВЕННЫХ производственных отношений, поскольку только это делает ОЩУТИМО абсурдным сам институт частной собственности, и становится очевидной смехотворность фигуры ЧАСТНОГО собственника современных средств производства.

Новому поколению коммунистически настроенной молодежи, видимо, вновь придется доказывать, что уничтожить частную собственность, т.е. построить счастливую жизнь, можно лишь доведя общественное разделение труда, механизацию, автоматизацию, химизацию, кооперацию, концентрацию производство до состояния, пригодного к централизованному планированию производства всего необходимого для всестороннего и полного РАЗВИТИЯ КАЖДОЙ ЛИЧНОСТИ.

Во времена Сталина состоятельность марксистско-ленинского учения в этой части была подтверждена множеством реальных и беспрецедентных СОЗИДАТЕЛЬНЫХ побед советского народа на всех производственных, культурных и политических фронтах. Победы Сталина в строительстве коммунистических производственных отношений стали возможны не столько в результате истребления вождей «пятой колонны», не столько, даже, в результате роста выпуска тракторов, поступивших в колхозы, количество которых особенно удивило фашистов, когда они захватили Украину, сколько в результате обобществления средств производства на деле через централизованное научное планирование и МТС. Сталин понимал, что одно лишь ритмичное, пропорциональное, бескризисное материальное производство не тождественно коммунизму. Если бы не научный подход Сталина к строительству коммунизма, то СССР не был бы «впереди планеты всей» ни в балете, ни в шахматах, ни в космосе.

После смерти Сталина весь корпус советских остепененных теоретиков не смог даже подступиться к решению научно-теоретической задачи продолжения строительства коммунизма, поскольку кадровую основу системы образования долгое время составляли преподаватели и профессора «преображенские», воспитанные в рамках феодально-капиталистических «ценностей», зараженные карьеризмом, двуличием, а чаще всего, хамовитым чванством, поставившие свою формальную дипломированность выше реальной интеллектуальной добросовестности. Приходится признать, что Брусилов, Циолковский, Павлов, Жуковский, Тимирязев были редким исключением в этой среде.

В деле коренного переустройства общества совершенно недостаточно обозначить объект, подлежащий отрицанию. Практика последовательного крушения всех коммунистических интернационалов и большинства партий показала, что гораздо важнее и сложнее убедительно и привлекательно изложить задачи положительного СОЗИДАНИЯ принципиально новых общественных отношений людей.

Как показала практика крушения СЭВ и СССР, 2/3 советских коммунистов, имея возможность беспрепятственно изучить «Капитал» Маркса и понять разрушительную сущность частной собственности, не сделали даже этого, возможно, в силу интеллектуального инфантилизма, а 1/3 членов партии изучили труды Маркса настолько поверхностно, что не смогли организовать отрицание капитализма в СССР путем построения коммунизма. Мелкобуржуазное невежество оказалось сильнее и на этот раз.

Таким образом, не отрицая ни слова из краткого марксова определения позиции коммунистов в отношении частной собственности, выработанного в условиях господства капиталистической частной собственности, не отрицая ни одной буквы из ленинского и сталинского теоретического и практического наследия, заключающегося в необходимости, на первом этапе, политического переворота и юридического обобществления основных средств производства, необходимо было, на втором этапе, столь же четко сформулировать определение ПОСТРОЕННОМУ коммунизму, т.е. обобществлению средств производства на ДЕЛЕ, чтобы каждый участник процесса строительства коммунизма имел в своем сознании не только перечень мерзостей капитализма, подлежащих политическому отрицанию, а четкий ОБОБЩАЮЩИЙ, ВПЕЧАТЛЯЮЩИЙ и УБЕЖДАЮЩИЙ СОЗИДАТЕЛЬНЫЙ ОРИЕНТИР. В противном случае работает принцип Бернштейна: «Движение куда-нибудь — все, конечная цель — ничто».

С учетом исторического опыта, кратко, коммунистическую теорию теперь можно выразить следующим положением: построенный коммунизм есть СЧАСТЬЕ в самом широком и глубоком смысле этого слова. Счастье, возможное ДЛЯ ВСЕХ — есть достаточное условие счастья для КАЖДОГО. Верно и обратное. Такова диаматика. Интересно будет посмотреть на дежурных противников «Прорыва», которые, видимо, будут доказывать, что коммунизм это что угодно, только не счастье для всех, и требовать указать страницу, откуда взято это определение.

Ясно, что, ни при каких условиях, невозможно подобное определение применить, например, к рабовладению. Ни один навальный, чубайс или немцов, несмотря на всю их беспринципность, не станут утверждать, что рабовладение — счастье для всех. Столь же абсурдно утверждать, что феодализм — это счастье для всех. При всей своей бессовестности, даже сторонники капитализма не решаются сегодня не только отождествлять капитализм со всеобщим счастьем, но и воспроизводить лозунг «великой» французской революции: свобода, равенство, братство. В дни, когда в капиталистической экономике не бушевали явные кризисы, услужливые теоретики пытались успеть укоренить в сознании людей идею, что капитализм это общество всеобщего благоденствия, видимо, имея в виду, что уж ОДИН благой ДЕНЬ наблюдался в жизни каждого американца. День благодарения, или Хеллоуин, например.

При рыночной демократии существует весьма распространенная и стойкая иллюзия, которую исповедуют все заказчики, исполнители и жертвы заказных убийств, все черные риелторы и их жертвы, все взяточники и их шантажисты, что счастье тождественно не коммунизму, а большому количеству денег и, вытекающей из них, власти. Якобы, неограниченное количество денег, дает индивиду неограниченную власть, и тот может осуществить любую прихоть, и именно в этом состоит индивидуальное счастье.

В таком случае, пришлось бы считать счастливыми людьми Герострата и Нерона, Калигулу, и Цезаря, Дария и Александра Македонского, отравленных, зарезанных, задушенных, обезглавленных императоров, королей и царей эпохи феодализма, Березовского и Мэдоффа, Ходорковского и Коломойского, членов банды из станицы Кущевская, Япончика и деда Хасана. У всех у них были и деньги, и власть. Но счастлив ли человек, живущий в одной вилле с наемными телохранителями, всегда готовыми стать наемными убийцами собственного хозяина? При господстве частной собственности подобный вопрос всегда решается величиной предложенной суммы. Кто пожадничает, тот и жертва.

Совершенно очевидно, что обозначенные нами личности, как и миллиарды других конкурентов, желали себе счастья, яростно боролись за него, часто идя по трупам других соискателей и, следовательно, счастье победителей заключалось, прежде всего, в том, что по трупам шли именно они. Другие миллиарды, считавшие, что их счастье пропорционально напряженности труда, независимо от условий их общественного бытия, просто надорвались или были выброшены на обочину законами рыночной экономики. Это хорошо показано в произведениях Горького, Джека Лондона, Поля Виалара.

В вопросах счастья марксизм-ленинизм является единственной научной теорией, которая открыла объективные законы счастья, законы построения счастливого общества, но не за счет несчастья большинства, а за счет построения системы абсолютно рациональных общественных отношений на базе современных достижений науки и производства. Именно эти достижения являются объективной гарантией того, что следующий этап в истории человечества будет определяться результативной борьбой за всеобщее и полное счастье людей, и та политическая партия, которая разовьет теорию построения земного счастья в сухих категориях научного академического мышления и в популярной художественной форме, приобретет в глазах людей авторитет реального авангарда и будет, действительно, таковой.

Хрущевский вариант коммунизма, «разработанный им», разумеется, не без помощи тогдашней партийной профессуры, содержал в себе, как многим казалось, довольно понятную «триединую» задачу строительства коммунизма:
— создание материально-технической базы коммунизма
— формирование коммунистических производственных отношений
— воспитание человека коммунистического общества.

На выполнение этих задач, по никогда и никем не выведенной формуле расчета, т.е. на глазок, было отведено 20 лет. Авторам этой концепции, в связи с нулевыми познаниями диаматической теории синтеза, так и не удалось за последующие 20 лет выработать теоретическое и пропагандистское обоснование этого триединства. Оно было утверждено голосованием. Как и в религии, так и в хрущевском варианте, «троица» осталась никем не понятым, а потому и неосуществленным таинством.

Более того, акценты, расставленные тогдашними теоретиками, явно грешили вульгарным материализмом. Только этим можно объяснить причину, по которой на первом месте в партийной программе оказался материально-технический фактор, но понятый столь привратно, что вылился, чуть позже, в социал-диетический лозунг: «Догнать и пережрать США по мясу, молоку и яйцам», в ЭКСтенсификацию экономики, особенно в сельском хозяйстве, в местничество «совнархозов» и, наконец, в денежную форму хозрасчетного стимулирования энтузиазма строителей коммунизма.

Оказалось, что не только Хрущев, но и все теоретики ЦК КПСС не понимали, что никакой уровень развития средств производства, никакой объем поедаемой продукции сельского хозяйства не тождественен построению коммунизма. Без целенаправленного, сознательного формирования производственных отношений коммунизма на базе диаматического мировоззрения, как показала историческая практика, повышение объемов и номенклатуры бессмысленных потребительских благ приводит лишь к росту мещанства, эгоизма, расширению спектра социальных уродств, а от них к рыночной демократии и капитализму в самой его первородной, бандитской форме.

Одно из важных открытий марксизма состоит в том, что в условиях господства любой формы частной собственности на основные средства производства и при отсутствии научного уровня общественного сознания, т.е. в классовом обществе, совершенно естественно и единственно возможно — СТИХИЙНОЕ развитие средств производства, СТИХИЙНОЕ развитие производительных сил при насильственном удержании производственных отношений, особенно, отношений собственности в НЕИЗМЕННО ГОСПОДСТВУЮЩЕМ состоянии.

Но, в новых исторических условиях, в СССР, одержавшем победу над объединенным мировым фашизмом, когда сознание большинства индивидов было уже знакомо со школьным курсом основ научного мировоззрения, в том числе и основ атеизма, когда в обществе сформировался широкий слой людей, которые уже называли себя советскими учеными, НЕДОПУСТИМО было механистически переносить теоретические выводы, выработанные Марксом относительно ЭКСПЛУАТАТОРСКИХ формаций на формулирование последовательности задач построения противоположной, НЕэксплуататорской формации. Иначе, зачем было Ленину объявлять учение о противоположностях — ядром диалектики?

Капитализм никогда не сдерживал себя в развитии средств производства, каждый отдельный капиталист не против полной автоматизации своих производств. Рынок полон непроданных товаров. Социалистическая революция в России стала возможной потому, что к 1917 году мировой капитализм стихийно создал средства производства такого качества, которые требовали обобществления. После того, как технические науки превращаются в обязательного участника развития средств производства, сами средства производства достигают в развитых странах капитализма уровня, необходимого для обобществления, и только тогда у коммунистов появляется объективная основа не только для пропаганды и агитации своих идей, а для организации масс на борьбу за обобществление созревших средств производства, за органическое соединение науки и производства материальных благ в мировом масштабе не во имя прибыли собственников, а во имя счастья людей. Но это задача выполнима лишь тогда, когда люди, назвавшие себя коммунистами, по уровню своей научной подготовки, полностью соответствуют званию коммуниста, а не партбилетчика.

К октябрю 1917 года уровень развития науки и средств производства на планете уже соответствовал задачам отрицания капитализма во всемирном масштабе. При ином положении вещей ни Ленину, ни Сталину не удалось бы осуществить в полной мере первую Программу РСДРП на территории самой большой страны мира с недостаточным уровнем развития средств производства. Но в том то и дело, что все решается не национальным, а глобальным состоянием дел.

Как показала всемирная практика, развитие средств производства при капитализме в ХХ веке не привело к положительным социальным сдвигам в «западном» обществе. Наоборот, власть миллионеров уже в девятнадцатом веке переросла в тиранию, послужила материальной базой для развязывания империалистических войн. А в XXI веке материальное расслоение общества в странах капитала превзошло все худшие стандарты ХХ века. Безработица, бездомность, беспризорность, массовые алкоголизм и наркомания, религиозное мракобесие, периодические массовые погромы, массовые сексопатологии, бандитизм и терроризм, неутихающие локальные войны, коррумпированность, т.е. проституированность верхов, превратились в основное содержание западной жизни. Иными словами, огульный приоритет в развитии материально-вещественного фактора при капитализме, БЕЗ ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННОГО ФОРМИРОВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ КОММУНИЗМА, ведет лишь к ИМПЕРИАЛИЗМУ, а если развитие материально-технического фактора без целенаправленного строительства коммунизма происходит при социализме, то, как показал опыт, это приводит к реставрации КАПИТАЛИЗМА.

Большевистская революция и победа в войне против белогвардейщины в России, последовавшие за этим построение социализма в СССР, Монголии, Китае, Корее, в странах Восточной Европы, все эти исторические достижения удались лишь потому, что уровень развития средств производства на планете уже полностью созрел для построения социализма во всем мире, а большевики мастерски использовали империалистические противоречия и вынудили империалистов обменять на церковную утварь, т.е. продать Советской России, необходимый объем самых современных, для начала ХХ века, средств производства и технологий. Как и планировалось, средства производства, полученные от капиталистов, при плановой экономике показали существенно большую эффективность, чем при самом капитализме.

Однако если вспомнить об образовательном уровне членов КПСС после Великой отечественной войны, если попробовать найти собрание сочинений Хрущева, Брежнева, Андропова, Волкогонова и, даже Суслова, Громыко, Пономарева, то станет ясно, что никто из них не понимал ни то, как создавать материально-техническую базу именно КОММУНИЗМА, ни то, как её использовать. На эти вопросы весь идеологический аппарат КПСС ответов не дал. И это самый печальный и легко проверяемый исторический факт для тех, кто читал «труды», хотя бы этих, перечисленных лиц, не говоря уже о продукции Академии Общественных Наук при ЦК КПСС, Института Марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, многочисленных Высших партийных школ, Военно-политической академии им. В.И.Ленина, и аппарата Главного политуправления СА и ВМФ.

Следовательно, и в нынешних условиях, как бы не развились средства производства при капитализме, возобновление строительства коммунизма на планете возможно не раньше, чем люди, сегодня называющие себя коммунистами, научно, т.е. внятно, доказательно и точно, ответят себе и людям наемного труда на вопрос, как строить коммунизм. С чего следует начать это строительство? Когда можно будет считать его завершенным? Какой должна быть диаматика задач строительства КОММУНИЗМА? Этот разговор можно будет продолжить в следующем номере нашего журнала. Надеемся, что найдутся читатели, которые предложат своё доказательно изложенное решение этой жизненно важной проблемы мирового коммунистического движения.                                                                                                                                                                               Валерий Подгузов                                                                                                                                                    ИСТОЧНИК

Advertisements
Запись опубликована в рубрике Вопросы теории и практики марксизма, Общество с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.