К 86-й годовщине со дня рождения Эрнесто Че Гевары ( 14 июня 2014 года )


CheИмя Че Гевары обычно ассоциируется с его участием в революционных партизанских войнах на Кубе, в Конго и в Боливии. Несколько менее известно, что в течение шести лет после победы Кубинской революции Че занимал посты управляющего национальным банком и министра промышленности Кубы.

Предлагаемая нашим читателем речь была последним публичным выступлением Че Гевары и раскрывает его взгляды на проблемы экономического развития третьего мира. К сожалению, в той исторической ситуации СССР и другие соцстраны оказались уже не готовы к реализации столь кардинальной программы, что, фактически, сорвало наметившийся было процесс расширения соцлагеря и, в конечном итоге, предрешило исход холодной войны.

Речь на втором экономическом семинаре организации афро-азиатской солидарности.

Братья!

Куба представляет на этой конференции народы Латинской Америки. Она также, как мы уже неоднократно подчёркивали, выражает точку зрения как слаборазвитой страны, так и страны, строящей социализм.

Не случайно, что нашей делегации предоставили право высказать своё мнение здесь, в кругу народов Азии и Африки. Общие чаяния объединяют нас в стремлении к будущему — поражению империализма. Общее прошлое борьбы с одним и тем же врагом объединило нас на этом пути.

Это собрание борющихся народов и борьба наша протекает на двух равно важных фронтах, требующих от нас сосредоточения всех наших сил. Ведущаяся политическими, военными методами или их комбинацией борьба против империализма, за освобождение от колониальных и неоколониальных цепей, неотделима от борьбы с отсталостью и бедностью. И та, и другая — этапы одного пути, ведущего к созданию нового общества справедливости и изобилия.

Безусловно, необходимо взять политическую власть в свои руки и избавиться от угнетающих классов. Но после этого нас ждёт следующий этап борьбы, может быть даже более трудный, чем первый.

С тех самых пор, как монополистический капитал овладел миром, он держит большую часть человечества в нищете, распределяя все прибыли между самыми сильными странами. Уровень жизни в этих странах обеспечивается за счёт исключительной бедности наших стран. Значит, для того, чтобы повысить уровень жизни в слаборазвитых странах, мы должны бороться с империализмом. И каждый раз, когда какая-нибудь страна отсекается от ствола империализма, это не только победа в отдельной битве с главным врагом, это также вклад в реальное ослабление врага, ещё один шаг к окончательной победе.

Че Гевара и Бен Белла

Эта смертельная борьба не признаёт границ. Мы не можем относиться безразлично к тому, что происходит в других частях мира, поскольку победа любой страны над империализмом — это наша победа, точно так же как поражение любой страны — это поражение для всех нас. Практика пролетарского интернационализма — это не только долг народов, борющихся за лучшее будущее, это и неизбежная необходимость. Когда империалистический враг, Соединённые Штаты или любой другой идёт в наступление на слаборазвитые народы и соцстраны, элементарная логика подсказывает необходимость союза между слаборазвитыми народами и соцстранами. Если даже нет иных объединяющих факторов, общий враг должен стать таковым.

Разумеется, подобные союзы не могут создаваться спонтанно, без обсуждений, без родовых схваток, которые иногда могут быть болезненными.

Как мы уже сказали, каждый раз, когда та или иная страна освобождается, это поражение для мировой системы империализма. Но мы должны согласиться с тем, что разрыв ещё не достигается одним лишь актом провозглашения независимости или одержанием военной победы в революции. Он достигается когда приходит конец экономическому доминированию империализма над народом. Следовательно, соцстраны жизненно заинтересованы в действительном разрыве. И это — наш интернациональный долг, долг, определяемый нашей руководящей идеологией, прилагать усилия к тому, чтобы максимально ускорить и углубить это освобождение.

Из всего этого должен быть сделан вывод: соцстраны должны помочь оплатить развитие стран, вставших на путь освобождения. Мы утверждаем это без каких бы то ни было стремлений к шантажу или театральности, как не ищем мы и лёгких путей сближения с афро-азиатскими народами; это — наше глубочайшее убеждение. Социализм не может существовать без изменения сознания, выражающегося в новом, братском отношении к людям, как на индивидуальном уровне, внутри обществ, строящих социализм, так и в масштабах всего мира, в отношении всех народов, страдающих от империалистического угнетения.

Мы считаем, что именно в таком духе следует рассматривать обязательства оказания помощи зависимым странам. Надо раз и навсегда прекратить разговоры о развитии взаимовыгодной торговли, основанной на ценах, навязанных отсталым странам законом стоимости и международной системой неэквивалентного обмена, порождённого законом стоимости.

Как может быть «взаимовыгодно», продавать по ценам мирового рынка сырьё, которое стоило слаборазвитым странам потоков пота и неизмеримого страдания и покупать по ценам мирового рынка оборудование, произведённое на больших современных автоматизированных заводах?

Если мы установим такого рода отношения между этими двумя группами наций, мы должны будем согласиться с тем, что соцстраны являются, в определённом смысле, пособниками империалистической эксплуатации. Тут можно возразить, что объём обмена со слаборазвитыми странами составляет лишь незначительную часть в общем объёме внешней торговли соцстран. Это действительно так, но это не меняет аморальной сути такого обмена.

Моральный долг соцстран — положить конец их молчаливому пособничеству эксплуататорским странам Запада. Тот факт, что сегодняшний объём торговли мал, ничего не значит. В 1959 году Куба лишь изредко продавала сахар некоторым странам социалистического блока, обычно через английских брокеров или брокеров других национальностей. Сегодня же, 80% кубинской торговли составляет торговлю с этим регионом. Все жизненно важные постаки на Кубу идут из соцлагеря, она, фактически, вошла в него. Неверно было бы сказать, что вхождение в лагерь социализма обусловлено просто увеличением торгового оборота, как такового. Как неверно и то, что увеличение торгового оборота обусловлено лишь разрушением старых структур и переходом на социалистический путь развития. Обе стороны этого вопроса неразделимы и взаимосвязаны.

Не надо думать, что мы вступили на путь, ведущий к коммунизму, заранее зная все шаги, как логически вытекающие из идеологии, точно направленной на определённую цель. Но реалии социализма и жёсткие реалии империализма закалили наш народ и указали ему путь, на который мы сознательно встали. Чтобы достичь полного освобождения, народы Азии и Африки должны встать на этот же путь. Они рано или поздно всё равно последуют ему, вне зависимости от того, какими эпитатами сопровождается их сегодняшний социализм.

Для нас нет другого корректного определения социализма кроме ликвидации эксплуатации человека человеком. И если это ещё не достигнуто, если мы думаем, что строим социализм, но вместо прекращения эксплуатации дело борьбы с ней приостанавливается или — ещё хуже — обращается вспять, мы не можем даже говорить о построении социализма.

Мы должны подготовить условия для того, чтобы наши братья смогли сами сознательно встать на путь полного уничтожения эксплуатации, но мы не можем призывать их встать на этот путь если мы сами участвуем в этой эксплуатации. Если бы нас спросили, какими методами установливаются справедливые цены, мы не смогли бы ответить, поскольку мы не в курсе всего спектра связанных с этим практических вопросов. Всё, что нам известно, это что в результпте политических дискуссий Советский Союз и Куба подписали выгодное для нас соглашение, по которому мы продадим 5 миллионов тонн сахара по ценам, установленным выше цен так называемого свободного мирового рынка сахара. Китайская народная республика также платит эти цены, покупая у нас.

Это только начало. Действительная задача состоит в установлении цен, которые дадут возможность развития. Изменение порядка международных отношений будет связано с громадным изменением в концепциях. Внешняя торговля не должна определять политику, но прототив — должна быть подчинена братской политике в отношении народов.

Давайте вкратце проанализируем проблему долговременных кредитов для развития базовых отраслей промышленности. Мы часто видим, что принимающие страны пытаются создать индустриальную базу, непропорциональную их текущим возможностям. Продукция не будет потреблена внутри страны, а резервы страны рискуют быть исчерпаны.

Мы рассматриваем вопрос так: инвестиции соцстран на их собственной территории идут непосредственно из госбюджета и возвращаются исключительно за счёт использования продукции на протяжении всего производственного цикла вплоть до конечных продуктов. Мы предлагаем, чтобы в тех же терминах рассматривалась и возможность подобных инвестиций в слаборазвитых странах. На этом пути мы могли бы высвободить огромный потенциал, скрытый в наших странах, которые эксплуатировались нещадно, но никогда не получали помощи в своём развитии. Мы могли бы открыть новый этап международного разделения труда, основанный не на истории того, что было сделано до настоящего момента, но на будущей истории того, что может быть сделано.

Государства, на территории которых будут производиться эти новые инвестиции, будут обладать всеми естественными правами суверенной собственности на них, не связанными ни с какими платежами или кредитами. Но они будут обязаны прставлять оговоренные количества продукции в страны-инвесторы на протяжении определённого числа лет по установленным ценам.

Метод финансирования локальных расходов страны, принимающей инвестиции подобного рода, также заслуживают изучения. Поставки товаров по долговременным кредитам, выделяемым правительствам слаборазвитых стран, могут быть одной из форм помощи, не требующих привлечения свободно-конвертируемой твёрдой валюты.

Ещё одной сложной проблемой, требующей решения, является освоение технологий. Всем нам прекрасно известно о нехватке в слаборазвитых странах технических специалистов. Не хватает учебных заведений и учителей. Иногда нам не хватает действительного понимания наших нужд и мы не принимаем решения о проведении в жизнь политики первоочередного развития в технической, культурной и идеологической областях.

Соцстраны должны оказывать помощь в организации технических учебных заведений. Они должны настаивать на огромной важности этого и направлять технических специалистов для покрытия текущих потребностей.

Этот последний момент следует подчеркнуть особо. Технические специалисты, приезжающие в наши страны должны быть людьми исключительными. Этим товарищам предстоит столкнуться с незнакомой обстановкой, часто технологически-враждебной, с языковой проблемой и с совершенно иными обычаями. Технические специалисты, взявшиеся за эту непростую задачу, должны быть, прежде всего, коммунистами в самом полном и благородном смысле этого слова. Одно это качество, плюс немного гибкости м организации, позволит совершить чудеса.

Мы знаем, что это может быть сделано. Поскольку братские страны уже послали к нам некоторое число технических специалистов, которые сделали для развития нашей страны больше, чем 10 институтов, и укрепили нашу дружбу сильнее, чем 10 послов или 100 дипломатических приёмов.

Если мы сможем реализовать вышеперечисленные пункты — и если все технологии развитых стран будут доступны слаборазвитым странам, не стеснённые современной патентной системой, препятствующей распространению изобретений, сделаных в разных странах — мы очень далеко продвинемся в нашем общем деле.

Империализм потерпел поражение во многих отдельных сражениях. Но он продолжает оставаться значительной силой в мире. Мы не вправе ожидать его окончательного поражения иначе чем на пути совместных усилий и жертв.

Предложенный набор мер, однако, не может быть реализован в одностороннем порядке. Соцстраны должны помочь оплатить развитие слаборазвитых стран, мы согласны с этим. Но и слаборазвитые страны также должны собрать свои силы, с железной решимостью встать на путь построения нового общества — как бы они ни называли его — в котором машина, орудие труда, больше не является орудием эксплуатации человека человеком. Не следует ожидать доверия соцстран и тем, кто балансирует между капитализмом и социализмом, пытаясь использовать обе силы в качестве противовесов, чтобы извлечь какие-то выгоды из подобной конкуренции. Новая политика абсолютной серьёзности должна царить в отношениях между этими двумя группами обществ. Стоит подчеркнуть ещё раз, что средства производства по возможности должны быть в руках у государства, чтобы следы эксплуатации могли постепенно исчезнуть.

Кроме того, развитие не может быть сплошной импровизацией. Строительство нового общество необхомо планировать. Планирование — один из законов социализма и без него социализма просто не было бы. Без надлежащего планирования не может быть адекватных гарантий, что все различные сектора экономики страны будут гармонично сочетаться для требуемого нашей эпохой рывка вперёд.

К планированию нельзя относиться как к частной проблеме каждой из наших небольших стран, с исковерканной экономикой, обладающих каким-то сырьём или производящих какие-то товары или полуфабрикаты, но нуждающихся в большинстве других. С самого начала планирование должно иметь некоторую региональную составляющую в целях взаимопроникновения различных национальных экономик и, таким образом, интеграции на действительно взаимовыгодной основе.

Мы считаем, что дорога, лежащая перед нами, полна опасностей, но не накликанных или предсказанных каким-то гением опасностей в отдалённом будущем, а вполне ощутимых опасностей, вытекающих из окружающей нас действительности. Борьба с колониализмом подошла к своему завершению, но в наше время колониальный статус является лишь следствием империалистического доминирования. Пока существует империализм он по пределению будет доминировать над другими странами. Сегодня это доминирование называется неоколониализмом.

Первоначально неоколониализм появился в Южной Америке, на всём континенте, а сегодня он всё сильнее и сильнее чувствуется в Африке и Азии. Его проникновение и развитие может принимать различные формы. Одну из них — грубую форму — мы наблюдаем в Конго. Грубая сила, не скрывающаяся и не ообращающая внимания ни на что, является его главным оружием. Но есть и другая, более скрытая форма: проникновение в страны, добившиеся политической независимости, налаживание связей с новоявленной местной буржуазией, формирование паразитического буржуазного класса, находящегося в тесном союзе с интересами метрополии. Такое развитие основывается на некотором временном росте уровня жизни народа, поскольку в крайне отсталой стране просто шаг от феодальных к капиталистическим отношениям представляет из себя большой прогресс, несмотря на катастрофические последствия для рабочих в будущем.

Неоколониализм обнажил свои когти в Конго. Но это признак не силы, а слабости. Он вынужден был обратиться к силе, своему главному оружию, как к экономическому аргументу. Это вызвало крайнюю степень недовольства. Но в то же время гораздо более скрытые формы неоколониализма практикуются в других странах Африки и Азии. Это быстро приводит к тому, что некоторые называют южно-американизацией этих стран; а именно, формированию паразитической буржуазии, которая не вносит ничего в национальное богатство своих стран, а напротив — вкладывает свои огромные неправедные доходы в иностранные капиталистические банки и заключает сделки с другими странами в погоне за ещё большими прибылями, абсолютно не заботясь о благосостоянии народа.

Есть также и другие опасности, такие как конкуренция между братскими странами, политически дружественными, иногда — соседями, когда обе они одновременно пытаются развивать одинаковые отрасли, а рынок часто не может справиться с увеличившимся объёмом производства. Недостатком конкуренции является бессмысленная трата энергии, которая могла бы быть использована для достижения гораздо лучшей экономической координации; более того, её наличие даёт империалистическим монополиям пространство для манёвра.

Когда какой-то конкретный инвестиционный проект было невозможно реализовать за счёт помощи соцлагеря, бывали случаи, что он реализовывался подписанием соглашения с капиталистами. К недостаткам подобных капиталистических инвестиций относятся не только условия займа, но также и другие, гораздо более важные факторы, такие как организация совместных предприятий с опасным соседом. Поскольку подобные инвестиции в общем случае дублируют аналогичные, сделанные в других государствах, они имеют тенденцию сеять рознь между дружественными странами за счёт привнесения экономического соперничества. Кроме того, они порождают опасность коррупции, проистекающую от постоянного присутствия капитализма, который весьма искусен в создании видимости развития и процветания и затуманивании мозгов множеству людей.

Через некоторое время цены на рынке, насыщенном схожими товарами, падают. Пострадавшие от этого страны вынуждены делать новые займы или разрешать дополнительные инвестиции для поддержания конкурентоспособности. В конечным итоге подобная политика приводит к переходу экономики в руки монополий и медленному, но верному возврату к прошлому. Как мы видим, единственным безопасным инвестиционным методом является прямое участие государства в качестве единственного покупателя товаров, ограничивая империалистическую активность контрактами на поставки и не позволяя им даже одной ногой вступить в наш дом. И в этом случае будет справедливо и правильно воспользоваться межимпериалистическими противоречиями для получения наименее обременительных условий.

Мы должны опасаться «безвозмездной» экономической, культурной и иной помощи, предоставляемой империализмом непосредственно или через марионеточные государства, что встречает лучший приём в некоторых частях мира.

Если все эти опасности не заметить вовремя, некоторые страны, начавшие дело своего национального освобождения с верой и энтузиазмом, могут обнаружить себя на пути в неоколониализм по мере того как монополии скрытно, шаг за шагом укрепляют свою власть, так что внешние проявления этого трудно заметить до тех пор, пока они жёстко не дадут о себе знать.

Предстоит большая работа. Громадные задачи стоят перед нашими двумя мирами — миром соцстран и так называемым третьим миром — задачи, непосредственно касающиеся человека и его благосостояния и имеющие отношение к борьбе с главной силой, несущей ответственность за нашу отсталость. Перед лицом этих задач все страны и народы, осознающие свой долг, опасность ситуации, необходимость жертв во имя прогресса, должны предпринять конкретные шаги для цементирования нашей дружбы в двух областях, которые в принципе нельзя разделить, в экономической и в политической. И мы должны организовать широкий крепкий блок, который, в свою очередь, поможет новым странам освободиться не только от политической власти империализма, но и от его экономической власти.

Вопрос освобождения от политической власти угнетателей путём вооружённой борьбы должен решаться в соответствии с приципами пролетарского интернационализма. В социалистической стране, во время войны, было бы абсурдом представить себе директора завода, требующего гарантированной оплаты прежде чем он отгрузит на фронт танки, построенные заводом. Не меньшим абсурдом должо считаться и выяснение, могут ли люди, сражающиеся за своё освобождение или нуждающиеся в оружии для защиты свободы, гарантировать оплату.

В нашем мире вооружения не могут быть товаром. Они должны предоставляться народам, нуждающимся в них для борьбы с общим врагом, бесплатно и в количенствах, требуемых и доступных. Это тот дух, в котором СССР и Китайская Народная Республика предложили нам свою военную помощь. Мы социалисты; мы даём гарантии надлежащего использования этих вооружений. Но мы — не единственные и каждый из нас заслуживает такого же обращения.

В ответ на проклятое нападение империализма Соединённых Штатов на Вьетнам и Конго эти братские страны должны снабжаться всем необходимым для обороны, должна быть проявлена полная, ничем не обусловленная солидарность с ними.

В области экономики мы должны двигаться по пути развития, используя наиболее передовые из возможных технологий. Мы не можем следовать долгому, посепенному восхождению из феодализма в эру атомной энергии и автоматики. Это был бы путь громадных и, по большей части, бессмысленных жертв. Мы должны начитать с современного технологического уровня. Мы должны совершить огромный технологический рывок, который сократит сегодняшний разрыв между более развитыми странами и нами. Технологии должны применяться на больших заводах, а также в должном образом развитом сельском хозяйстве. Самое главное, в основе должно быть технологическое и идеологическое образование, достаточно массовое и глубокое для того, чтобы содержать научно-исследовательские институты и организации, которые должны быть созданы в каждой стране, плюс также люди, которые будут применять уже существующие технологии и окажутся способны к освоению новых технологий.

Эти кадры должны иметь чёткое представление о своём долге по отношению к обществу, в котором они живут. Не может быть адекватного технологического образования, если оно не дополнено идеологическим образованием — без этого, в большинстве наших стран, не может быть ни адекватного основания для промышленного развития, которое определяет развитие современного общества, ни обеспечения самыми базовыми потребительскими товарами и адекватного школьного образования.

Значительная часть национального дохода должна расходоваться на так называемые непродуктивные инвестиции в образование. Приоритетным должно быть повышение производительности труда в сельском хозяйстве. Последняя достигла поистине невероятного уровня во многих капстранах, породив бессмысленный кризис перепроизводства и излишки зерна и других пищевых продуктов, а такде промышленного сырья в развитых странах. В то время как весь остальной мир голодает, эти страны обладают землёй и рабочей силой, достаточными для того, чтобы произвести в несколько раз больше того, что нужно, чтобы накормить весь мир.

Сельское хозяйство следует считать одним из столпов нашего развития. Следовательно, фундаментальным аспектом нашей работы должно быть изменение аграрной структуры, адаптация к новым технологическим приёмам и к новым требованиям искоренения эксплуатации человека.

Перед тем как принимать дорогостоящие решения, которые могут нанести непоправимый вред, следет произвести тщательную разведку национальной территории. Это — один из предварительных шагов в экономическом исследовании и базовая предпосылка надлежащего планирования.

Мы горячо поддерживаем алжирское предложение касательно организационного оформления наших отношений. Нам только хотелось бы предложить ряд дополнений:

Во-первых, для того, чтобы союз мог быть инструментом борьбы с империализмом, необходима поддержка со стороны латиноамериканских стран и сотрудничество с соцстранами.

Во-вторых, мы должны быть начеку в части сохранения революционного характера союза, не допуская приёма в него правительств или движений, не отражающих чаяний народа, и создав механизмы, которые позволят исключать из него любые правительства или массовые движения, сошедшие с пути справедливости.

В-третьих, мы должны выступать за установление новых, равных отношений между нашими и странами и странами капитализма, учредитьвить революционное правосудие для защиты себя в случае кофликтов и для внесения нового духа в отношения между нами и остальным миром.

Мы говорим на языке революции и мы честно сражаемся за победу нашего дела. Но мы часто увязаем в сетях международного права, возникшего в результате противоречий между империалистическими силами, а не между свободными народами, справедливыми народами в процессе их борьбы.

Например, наши народы страдают от тягот иностранных баз, расположенных на их территориии, или вынуждены нести тяжёлое бремя иностранных долгов невероятных размеров. История этих пережитков всем нам хорошо известна. Марионеточные правительства, правительства, ослабленные длительной борьбой за освобождение, или действие законов капиталистического рынка привели к соглашениям, опасным для нашей внутренней стабильности или угрожающим нашему будущему. Сегодня пришло время сбросить ярмо, вынудить пересмотр кабальных иностранных долгов, заставить империалистов уйти со своих агрессивных баз.

Мне не хотелось бы завершать эти замечания, это повторение известных вам всем концепций, без заострения внимания этого собрания на том факте, что Куба — не единственная латиноамериканская страна; она лишь единственная, имеющая возможность сегодня обратиться к вам. Другие народы проливают свою кровь для завоевания прав, которые есть у нас. Когда мы шлём наши приветствия отсюда, со всех других конференций и из мест, где они могут быть собраны, героическим народам Вьетнама, Лаоса, так называемой Португальской Гвинеи, Южной Африки или Палестины — всем эксплуатируемым странам, сражающимся за своё освобождение — мы должны одновременно обратиться со словами дружбы и воодушевления, протянуть руку братским народам Венесуэлы, Гватемалы и Колумбии, которые сегодня с оружием в руках говорят решительное «Нет!» империалистическому врагу.

Есть немного мест столь же символических как Алжир — одна из самых героических столиц свободы — для провозглашения этой декларации. Пусть же великий алжирский народ — закалённый как немногие други в тяжёлой борьбе за независимость, под решительным руководством своей партии, возглавляемой нашим дорогим товарищем Ахмедом Бен Белла — вдохновляет нас в этой беспощадной борьбе с мировым империализмом.

24 февраля 1965

Возвращение из Алжира

                                     Че Гевара и «политический активизм»

Один из биографов Эрнесто Гевары, Джон Ли Андерсон (написавший если и не самое лучшее, то по крайней мере наиболее полное жизнеописание Че), рассказывает о событиях, последовавших за военным переворотом в Аргентине в 1943 году. Возмущённые политическими репрессиями и вмешательством правительства в жизнь университетов, студенты и профессора университета в Кордобе (где в то время проживала семья Гевара) вышли на улицы. Многие были арестованы, в их числе — один из ближайших друзей Эрнесто, Альберто Гранадо.

Тянулись недели без малейших признаков того, что студентам в обозримом будущем предъявят обвинение или отпустят их на свободу. Организованный арестованными подпольный «комитет заключённых» призвал учеников средних школ Кордобы выйти на марш протеста с требованием их освобождения. Альберто попросил пятнадцатилетнего Эрнесто присоединиться, но тот неожиданно отказался. Он сказал, что сделает это только в том случае, если ему дадут револьвер. Он пояснил Альберто, что планируемый марш — бессмысленная акция, которая не даст никаких результатов, а учеников «измордуют дубинками».

В начале 1944 года, после двух масяцев заключения, Альберто Гранадо был отпущен полицией. Несмотря на отказ Эрнесто выйти на демонстрацию в его защиту, они остались друзьями. В свете его страсти к рискованным и безответственным выходкам, эта неготовность Эрнесто помочь другу просто поражает. А учитывая его крайнюю юность и видимое безразличие к аргентинской политике, «принципиальность» его позиции представляется сомнительной. Тем не менее это парадоксальное сочетание радикально звучащих заявлений с демонстрацией отсутсвия какого бы то ни было интереса к политическому активизму стало типичным для Эрнесто в период его взросления.

То, что буржуазному журналисту так и не удалось понять, что в политике главное — это добиться результата, а не получить дубинкой по почкам, не удивительно. Ему, с младых ногтей привыкшему видеть в западном «политическом активизме» проявление этакой «истинной революционности», не смогли помочь даже 5 лет, потраченные на изучение жизни Че.                                                                                                          Удивительно, что наши великовозрастные «комсомольцы» до сих пор не могут уяснить себе того, что было очевидно восьмикласнику Эрнесто Геваре, и периодически таскаются с его портретами, как с чудотворными иконами, по улицам Москвы и других городов СНГ с упорством, заслуживающим лучшего применения, нарываясь на «приключения» с полицией.

 ИСТОЧНИК

Реклама
Запись опубликована в рубрике Вопросы теории и практики марксизма, История с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.