Право наций на самоопределение – 100 лет спустя


Обострение национальных проблем – отличительная черта нашей страны за последние 20 лет. Разжигание национальной розни оказалось очень удобным средством для буржуазного класса в его стремлении сохранить свою власть. При этом национализм может принимать самые разные формы – от тупой ксенофобии уличных хулиганов до весьма изощренной демагогии, спекулирующей на реальных общественных проблемах и преподносящей националистические предрассудки в завуалированном виде.

Националистические предрассудки проникают даже в среде людей, считающих себя левыми и коммунистами, что является следствием идеологической слабости коммунистических организаций. В пылу митинговщины и «ультрарадикальных» призывов за последние годы коммунисты почти забыли о теоретической форме классовой борьбы. Неудивительно, что примитивно и поверхностно понимаемые коммунистические идеи отнюдь не препятствуют заражению активистов различными мещанскими мелкобуржуазными заблуждениями, в том числе в сфере национального вопроса.

Самая крупная «левая» партия России – КПРФ – давно уже сделала национализм частью своей идеологии. Достаточно напомнить, что одним из направлений ее работы является борьба за так называемое «решение русского вопроса».

Однако и в организациях, позиционирующих себя ортодоксально-коммунистическими, ситуация тоже не внушает доверия. Например, ряд по сути национал-патриотических положений содержит программа Российской коммунистической рабочей Партии (РКРП):

«- правящий режим не имеет самостоятельной политики, все его действия диктуются внешними силами транснационального капитала и его организациями (Международный валютный фонд, Международный банк реконструкции и развития, Трехсторонняя комиссия, НАТО и др.);

— Россия утрачивает возможность самостоятельного экономического развития;

— ускоряется процесс сползания России в колониальный сектор мировой экономики;

— разрушается производительный сектор экономики, растет влияние паразитических финансовых образований;

— нарастает безысходность экономической ситуации;

— растет социальное расслоение людей;

— разлагается мораль общества;

— Россия уже подошла к тем критическим точкам социально-экономического развала (уровень безработицы, граница нищеты, мера общественной дифференциации и др.), за которыми в мировой практике обычно возникают социальные взрывы.

Вслед за губительным расчленением нашей Родины – CCCР и над Россией нависла смертельная опасность расчленения по национальным, административно-территориальным признакам и границам».

Здесь мы видим не только явно устаревший взгляд на Россию как на слабую полуколонию (тогда как сегодня Россия – это империалистическое государство), но и весьма странную для марксиста заботу о сохранении целостности государства диктатуры буржуазии. Если вдруг какая-то из многих народностей России захочет создать независимое государство (что будет вовсе не удивительно, ибо буржуйская «РФ» – не весть какой подарок), коммунисты не должны выступать против этого. Наоборот, их обязанность – отстаивать право наций на самоопределение, даже если движение за отделение возглавляют отнюдь не прогрессивные деятели. Однако, пока влияние буржуазного патриотизма остается достаточно сильным среди российских коммунистов, мешая объективному анализу национального вопроса на современном этапе.

Такая проблема существовала и 100 лет назад среди марксистов. Одним из последовательных борцов против всяких патриотических отклонений, за последовательно интернациональную политику рабочего класса, был В.И. Ленин. Национальный вопрос поднимался им во многих работах. Одной из них является статья «О праве наций на самоопределение». Она написана в июне 1914 г., накануне Первой мировой войны, когда большая часть социалистических вождей Европы изменила марксистским принципам в угоду «защите своего дорогого Отечества». Ленин был одним из немногих, кто выступил против «патриотического» кровавого угара, результатом которого было 10 миллионов трупов и огромные разрушения.

В данной статье Ленин критикует позицию по национальному вопросу, которую занимали польские социал-демократы во главе с Розой Люксембург. Руководители СДКПиЛ («Социал-демократии Королевства Польского и Литвы») выступали против 9 пункта программы РСДРП, где говорилось о том, что марксисты отстаивают право всех народов на самоопределение вплоть до отделения.
«Роза Люксембург, много декламирующая по поводу будто бы абстрактности и метафизичности данного параграфа, сама впала именно в этот грех абстрактности и метафизичности. Именно Роза Люксембург постоянно сбивается на общие рассуждения о самоопределении (вплоть даже до совсем забавного умствования о том, как узнать волю нации), не ставя нигде ясно и точно вопроса, в юридических ли определениях суть дела или в опыте национальных движений всего мира?» – пишет Ленин, приступая к разбору этого вопроса.

Заблуждение Розы Люксембург, с которым боролся Ленин, было перегибом, порожденным бескомпромиссным противостоянием польскому национализму. Люксембург считала, что лозунг о праве на самоопределение может помочь польским буржуазным националистам, стремившимся отделить Польшу от Российской империи и разжигавшим ненависть по отношению ко всем русским, включая русских пролетариев. Но подобная позиция Люксембург приводила к неявной поддержке русского шовинизма, что прекрасно показано Лениным в данной работе. Вовсе не случайно с Розой Люксембург оказались в этом вопросе солидарны откровенные оппортунисты, о которых упоминает Ленин: «И русский ликвидатор Семковский в петербургской ликвидаторской газете, и бундовец Либман, и украинский национал-социал Юркевич — в своих органах обрушились на этот параграф, третируя его с видом величайшего пренебрежения».

Свою позицию Роза Люксембург аргументировала тем, что в программе большинства социал-демократических партий стран Запада пункт о праве наций на самоопределение отсутствовал. Однако при этом не учитывалось различная обстановка, связанная с национальным вопросом, на Западе и в России. В развитых капиталистических странах к 1914 г. уже существовала буржуазная демократия, и равенство всех наций было, в той или иной степени, закреплено законодательно. Даже в Австро-Венгрии, этой вскоре распавшейся «лоскутной империи», как отмечает Ленин, «создалось чрезвычайно своеобразное положение: со стороны венгров, а затем и чехов, тяготение как раз не к отделению от Австрии, а к сохранению целости Австрии именно в интересах национальной независимости, которая могла бы быть совсем раздавлена более хищническими и сильными соседями! Австрия сложилась, в силу этого своеобразного положения, в двухцентровое (дуалистическое) государство, а теперь превращается в трехцентровое (триалистаческое: немцы, венгры, славяне)». Можно добавить, что это закономерно завершилось в 1918 г. мирным разделением империи на три государства: Австрию, Венгрию и Чехословакию.

Однако в царской России была совершенно другая ситуация. Великорусский шовинизм, национальное неравноправие здесь были официальной доктриной. Ленин выделял специфику Российской империи в национальном вопросе следующим образом:
«Россия — государство с единым национальным центром, великорусским. Великорусы занимают гигантскую сплошную территорию, достигая по численности приблизительно 70 миллионов человек. Особенность этого национального государства, во-1-х, та, что “инородцы” (составляющие в целом большинство населения — 57%) населяют как раз окраины; во-2-х, та, что угнетение этих инородцев гораздо сильнее, чем в соседних государствах (и даже не только в европейских); в-3-х, та, что в целом ряде случаев живущие по окраинам угнетенные народности имеют своих сородичей по ту сторону границы, пользующихся большей национальной независимостью (достаточно вспомнить хотя бы по западной и южной границе государства — финнов, шведов, поляков, украинцев, румын); в-4-х, та, что развитие капитализма и общий уровень культуры нередко выше в “инородческих” окраинах, чем в центре государства. Наконец, именно в соседних азиатских государствах мы видим начавшуюся полосу буржуазных революций и национальных движений, захватывающих частью родственные народности в пределах России».

То есть, Ленин определял, что ситуация в России схожа не с положением в Западной Европе, а с ситуацией в странах Азии (Китае, Иране и др.), где как раз в начале XX в. развертывались буржуазно-демократические революции, одним из лозунгов которых повсюду было создание сильных независимых национальных государств.

Типичным обвинением в адрес марксистов, поддерживающих лозунг о праве наций на самоопределение, было то, что этот лозунг не содержит «ничего практического для разрешения национального вопроса пролетариатом». Ленин убедительно доказывает, что в данном случае погоня за «практицизмом» не уместна. «Если мы не выставим и не проведем в агитации лозунга права на отделение, мы сыграем на руку не только буржуазии, но и феодалам и абсолютизму угнетающей нации. Этот довод Каутский давно выдвинул против Розы Люксембург, и этот довод неоспорим. Боясь “помочь” националистической буржуазии Польши, Роза Люксембург своим отрицанием права на отделение в программе российских марксистов помогает на деле черносотенцам великорусам. Она помогает на деле оппортунистическому примирению с привилегиями (и хуже, чем привилегиями) великорусов.

Увлеченная борьбой с национализмом в Польше, Роза Люксембург забыла о национализме великорусов, хотя именно этот национализм и страшнее всего сейчас, именно он менее буржуазен, но более феодален, именно он главный тормоз демократии и пролетарской борьбы. В каждом буржуазном национализме угнетенной нации есть общедемократическое содержание против угнетения, и это-то содержание мы безусловно поддерживаем, строго выделяя стремление к своей национальной исключительности, борясь со стремлением польского буржуа давить еврея и т. д. и т. д.

Это — “непрактично” с точки зрения буржуа и мещанина. Это — единственно практичная и принципиальная и действительно помогающая демократии, свободе, пролетарскому союзу политика в национальном вопросе».

Кроме того, Ленин приводит тут один из основополагающих марксистских доводов в национальном вопросе: «Не может быть свободным народ, угнетающий другие народы». Борьба против национального неравноправия, за интересы малых народов соответствует коренным интересам пролетариата нации-угнетателя, так как любые национальные предрассудки и межнациональная рознь (как со стороны угнетателей, так и со стороны угнетенных) является тормозом для борьбы трудящихся против эксплуататорской системы. Вовсе не случайно, например, что наиболее массовую поддержку черносотенная, пользовавшаяся поддержкой царского правительства партия «Союз русского народа» имела на национальных окраинах, где на ее стороне была и определенная часть русских рабочих и крестьян. Это мы и видим и сейчас на примере конфликта в Чечне. «Зачистка» Чеченской республики от сепаратистов, развязанная в связи с этим шовинистическая кампания по «защите целостности России», поддержанная значительной частью обывателей, а также «левыми» оппортунистами различного толка, заметно укрепила в начале 2000-х буржуазный режим в РФ, который к концу ельцинского правления, казалось, был в шаге от гибели.

Данные случаи должны служить предостережением для всего пролетариата, и в первую очередь для коммунистов. Любая, самая «безобидная», мотивированная «любовью к родине», уступка буржуазному патриотизму может привести к печальным последствиям, поражению и прямому предательству. Главной задачей пролетариата является «повседневная агитация и пропаганда против всяких государственно-национальных привилегий, за право, одинаковое право всех наций на свое национальное государство; такая задача наша главная (сейчас) задача в национальном вопросе, ибо лишь таким путем мы отстаиваем интересы демократии и равноправного союза всех пролетариев всяческих наций.

Пусть эта пропаганда “непрактична” и с точки зрения великорусов-угнетателей и с точки зрения буржуазии угнетенных наций (и те и другие требуют определенного да или нет, обвиняя с.-д. в “неопределенности”). На деле именно эта пропаганда, и только она, обеспечивает действительно демократическое и действительно социалистическое воспитание масс. Только такая пропаганда гарантирует и наибольшие шансы национального мира в России, если она останется пестрым национальным государством, и наиболее мирное (и безвредное для пролетарской классовой борьбы) разделение на разные национальные государства, если встанет вопрос о таком разделении».

Ленин подчеркивает, что как раз отрицание права наций на самоопределение может в итоге привести к межнациональным конфликтам и распаду государства. «Г-н Кокошкин (один лидеров российских буржуазных либералов – В.С.) рассуждает совершенно в духе националистов. На своем последнем съезде они громили украинцев-“мазепинцев”. Украинское движение — восклицал г. Савенко и К° — грозит ослаблением связи Украины с Россией, ибо Австрия украинофильством укрепляет связь украинцев с Австрией!! Оставалось непонятным, почему же Россия не может попробовать “укрепить” связь украинцев с Россией тем же методом, который гг. Савенки ставят в вину Австрии, т. е. предоставлением украинцам свободы родного языка, самоуправления, автономного сейма и т. п.?

Рассуждения гг. Савенко и гг. Кокошкиных совершенно однородны и одинаково смешны и нелепы с чисто логической стороны. Не ясно ли, что чем больше свободы будет иметь украинская национальность в той или другой стране, тем прочнее будет связь этой национальности с данной страной? Кажется, нельзя спорить против этой азбучной истины, если не порвать решительно со всеми посылками демократизма. А может ли быть большая свобода национальности, как таковой, чем свобода отделения, свобода образования самостоятельного национального государства?

Чтобы разъяснить еще более этот, запутываемый либералами (и теми, кто по неразумению перепевает их) вопрос, приведем самый простой пример. Возьмем вопрос о разводе. Роза Люксембург пишет в своей статье, что централизованное демократическое государство, вполне мирясь с автономией отдельных частей, должно оставить в ведении центрального парламента все важнейшие отрасли законодательства и, между прочим, законодательство о разводе. Эта заботливость об обеспечении центральной властью демократического государства свободы развода вполне понятна. Реакционеры против свободы развода, призывая к “осторожному обращению” с ней и крича, что она означает “распад семьи”. Демократия же полагает, что реакционеры лицемерят, защищая на деле всевластие полиции и бюрократии, привилегии одного пола и худшее угнетение женщины; — что на деле свобода развода означает не “распад” семейных связей, а, напротив, укрепление их на единственно возможных и устойчивых в цивилизованном обществе демократических основаниях.

Обвинять сторонников свободы самоопределения, т. е. свободы отделения, в поощрении сепаратизма — такая же глупость и такое же лицемерие, как обвинять сторонников свободы развода в поощрении разрушения семейных связей. Подобно тому, как в буржуазном обществе против свободы развода выступают защитники привилегий и продажности, на которых строится буржуазный брак, так в капиталистическом государстве отрицание свободы самоопределения, т. е. отделения наций, означает лишь защиту привилегий господствующей нации и полицейских приемов управления в ущерб демократическим».

Таким образом, именно правые и «левые» шовинисты, сторонники сохранения «единой России», ратующие за «национальные интересы», и готовят почву для распада страны. Так как в условиях, когда интересы какого-либо народа признаются менее важными, чем «интересы всей Родины», этот народ будет вернее всего стремиться к выходу из состава этой самой «Родины». Ленин здесь проводит своевременную параллель с поддержкой Карлом Марксом национально-освободительной борьбы ирландского народа. Не секрет, что английский пролетариат, как и российский, традиционно всегда был заражен «имперскими» предрассудками, поэтому пропаганда интернационализма, общности интересов угнетенного ирландского рабочего и принадлежащего к угнетающей нации английского рабочего имела здесь особую актуальность. Тем более что свою объективно шовинистическую позицию в национальном вопросе оппортунисты обосновывали тем, что связи России, в частности, с Польшей, слишком тесны в экономическом плане, и поэтому создание самостоятельного польского государства – это «утопия».

«Сначала Маркс думал, что не национальное движение угнетенной нации, а рабочее движение среди угнетающей нации освободит Ирландию. Никакого абсолюта из национальных движений Маркс не делает, зная, что полное освобождение всех национальностей сможет дать только победа рабочего класса. Учесть наперед все возможные соотношения между буржуазными освободительными движениями угнетенных наций и пролетарским освободительным движением среди угнетающей нации (как раз та проблема, которая делает столь трудным национальный вопрос в современной России) — вещь невозможная.

Но вот обстоятельства сложились так, что английский рабочий класс попал довольно надолго под влияние либералов, став их хвостом, обезглавив себя либеральной рабочей политикой. Буржуазное освободительное движение в Ирландии усилилось и приняло революционные формы. Маркс пересматривает свой взгляд и исправляет его. “Несчастье для народа, если он поработил другой народ”. Не освободиться рабочему классу в Англии, пока не освободится Ирландия от английского гнета. Реакцию в Англии укрепляет и питает порабощение Ирландии (как питает реакцию в России порабощение ею ряда наций!)… Экономические связи Ирландии с Англией в 60-х годах прошлого века были, конечно, еще теснее, чем связи России с Польшей, Украиной и т. п. “Непрактичность” и “неосуществимость” отделения Ирландии (хотя бы в силу географических условий и в силу необъятного колониального могущества Англии) бросались в глаза. Будучи принципиальным врагом федерализма, Маркс допускает в данном случае и федерацию, лишь бы освобождение Ирландии произошло не реформистским, а революционным путем, в силу движения масс народа в Ирландии, поддержанного рабочим классом Англии. Не может подлежать никакому сомнению, что только такое решение исторической задачи наиболее благоприятствовало бы интересам пролетариата и быстроте общественного развития».

Таким образом, марксисты – это непримиримые враги любого национализма, как великодержавного, так и местечкового. Как и 100 лет назад, «положение вещей ставит пролетариату России двоякую или, вернее, двустороннюю задачу: борьбу со всяким национализмом и в первую голову с национализмом великорусским; признание не только полного равноправия всех наций вообще, но и равноправия в отношении государственного строительства, т. е. права наций на самоопределение, на отделение; — а наряду с этим, и именно в интересах успешной борьбы со всяческим национализмом всех наций, отстаивание единства пролетарской борьбы и пролетарских организаций,. теснейшего слияния их в интернациональную общность, вопреки буржуазным стремлениям к национальной обособленности».

Главным врагом марксистов является наиболее влиятельная буржуазная идеология. А значит, главное острие коммунистической идеологии должно быть направлено против шовинизма наиболее многочисленной в РФ русской нации. Последние события окончательно доказывают абсолютную несостоятельность мифа «о не расположенности русских к национализму», которому якобы подвержены в массовом порядке только национальные меньшинства России. Некоторые господа из КПРФ могут продолжать так считать, но это их личное горе. Для марксистов же актуальным как никогда становится разоблачение всех националистических мифов и предрассудков, с помощью которых класс частных собственников пытается удержать свое господство над трудящимися, сохранить и усилить и без того безжалостную эксплуатацию российского пролетариата. Возможно, вовсе не случайно, наглая до бесстыдства идея буржуазии о 10-часовом рабочем дне была озвучена почти одновременно с вылазками националистов, озабоченных «засильем кавказцев». Цель марксистов – приложить все усилия, чтобы не дать пролетариату быть обманутым.

  Виталий Сарматов

Реклама
Запись опубликована в рубрике Вопросы теории и практики марксизма, Национализм - враг трудящихся!. Добавьте в закладки постоянную ссылку.